Замуж за варвара, или Монашка на выданье

В них странно перемешивались недоверие, жесткость и житейская мудрость.

– Тебе не холодно? – участливо спросила я. – Надо бы где-то платье раздобыть, как у меня.

– Вечером на рынок сходим и купим. Перед дорогой, – предложил Тирэн, откидываясь на спинку глубокого кресла и блаженно прикрывая глаза. – Что-то я устал сильно…

Словно в подтверждение своих слов он зевнул и вскоре мирно засопел. Черты лица разгладились, а упрямо сжатые губы расслабились, и на них появилась милая улыбка.

«Совсем мальчишка, – пронеслось в голове.

 – Как же я позабыла о том, что он – ребенок? Смелый, шустрый, умный и рассудительный, но ребенок. И где, спрашивается, его мать? У такого замечательного парнишки непременно должен быть кто-то, кто позаботится о нем!»

Рядом громко хмыкнула Фрида. Обернувшись, я поймала на себе ее заинтересованный взгляд и почему-то захотела оправдаться:

– Мальчик очень устал, бедняжке здорово досталось. Еще и я совсем не облегчаю ему жизнь.

Рабыня мягко улыбнулась и слегка покачала головой, после чего вытянула вперед обе руки.

Одной указала на Тирэна, второй – на меня. Затем соединила их, сжав в плотный замок.

– Не поняла. Ты намекаешь на то, что я хочу отношений с этим мальчиком?

Брови Фриды взметнулись вверх. Она раздраженно вздохнула и, закатив глаза, цокнула языком.

– Говори нормально или напиши, – разозлилась я. – Язык жестов не для меня!

Девушка поднялась и указала на себя, затем на окно, после чего вопросительно пригнула голову к плечу.

– Хочешь прогуляться?

– Хорошо, иди.

Только надень мою накидку поверх своего наряда. И капюшон не забудь. Сама понимаешь, рисунок на твоем плече может принести нам неприятности.

Так и не сказав ни слова, Фрида переоделась в мое черное платье и беззвучно покинула комнату, оставляя меня в окружении целого вороха тяжелых дум.

Перекусив и еще раз посмотрев на Тирэна, я пожала плечами, не в силах понять, что имела в виду моя таинственная рабыня, говоря о нас как о едином целом. Тут же вспомнился Хакарк.

Где он сейчас? Ищет ли нас? Сильно ли злится на меня за самонадеянность? Не думает ли, что я сбежала по собственной воле? Столько вопросов, и только боги знают на них ответы.

Прикрыв глаза, я грустно вздохнула, представляя, какую выволочку устроит мне супруг, когда мы наконец встретимся. Только бы не порол, как Ганну… Хотя пусть даже выпорет – лишь бы нашел нас скорее.

Мне снилось что-то страшное. Я убегала, плакала и кричала, звала на помощь и угрожала.