Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

 — Не понимаю, с какой стати вдруг Илоне добровольно умирать?

Форсет развел руками и ухмыльнулся, нагло глядя мне в лицо:

— Ну-у, он обещал снабдить ее средством для спасения брата… И позабыл предупредить, что обратного хода из царства смерти нет. Иртихал, хм… Фалисименто при желании кого хочешь перехитрит! — А в глазах плохо скрываемое удовольствие.

Но про Илону Форсет не соврал, могу чем угодно поклясться!!!

Я молчал. Спазм сдавил горло. Не смог бы промолвить ни слова, даже если бы меня стали пытать. Так вот почему она не отвечала?! Ледяное онемение сменилось дрожью.

Не дождавшись от меня реакции, Форсет еще раз пожал плечами и пропал.

Тихо потрескивали плачущие восковые свечи. Глубокая тишина прерывалась приглушенными всхлипами Иалоны. Вдалеке загрохотал неожиданный гром. Природа тоже глубоко скорбела вместе со мной. Вот как бывает… всего только пару слов, легких дуновений воздуха — а для меня все кончено.

Понимая, что могу сейчас не выдержать и разрыдаться перед всеми, я приказал:

— Ступайте! Я попытаюсь дозваться Рицесиуса! Пусть до утра сюда никто не входит. Отрядами и обороной в мое отсутствие командует Деррик!

Денис чуть ли не с кинжалом у горла расспрашивал Сухлика:

— Если Форсет Илонку на тот свет спровадил, то почему символы власти у нее не отнял?

— Ну ты скажешь! — фыркнул бог флирта. — Кадуцей и шелом правителя богов ни отнять, ни отдать нельзя. Знаки власти Илона может вернуть только Рицесиусу или носить сама до скончания веков.

Боженок задумчиво потер переносицу:

— Затем они и придумали хитрость: ведь Рицесиусу в царство мертвых ходу нет! А то живо накосты… привел бы к ответу Форсета с Иртихалом.

Сухлик замолчал, грозно шевеля бровями.

— И?!! — не выдержал Деррик.

— И? Вот погоди, только вернется — с этих красавчиков клочья полетят! Не все ж им в подземельях отсиживаться!!! — И бог проникновенно зарычал.

Верующие, неверующие и сочувствующие тихо собрались и ушли, оставляя меня наедине с вечностью.

Я стал на колени и опустил голову на алтарь. Простонал:

— Так вот какова твоя награда, Рицесиус, за годы верной службы?! Пусть. Я выполню свою задачу и сделаю все возможное, чтобы защитить наш материк от чужеземного кошмара. В том клянусь!

Ножом сделал ритуальный надрез поперек груди. Выступившей из царапины кровью оросил алтарь.

— Я сделаю свою часть. — И тихо попросил: — А ты теперь закончи начатое.