Западня

Поэтому, послушно вылизала его пальцы, которые он тут же заменил своим ртом, врываясь в нее языком и тоже пробуя их общий вкус. Так неправильно. Отвратительно. Но возбуждающе до предела.

Эля запустила руки в его волосы, прижимая к себе и отвечая на поцелуй. Она, будто, отмерла, снова чувствуя болезненное вожделение, выгибаясь и тянясь к нему всем телом. Они целовались и целовались. Долго. До горящих сосков и вновь истекающего соками влагалища. А потом он принялся дразнить ее шею, находя эрогенные зоны и заставляя ее умоляюще стонать, после чего спустился к груди, терзая ее зубами и языком, посасывая соски до состояния твердых пульсирующих камешков, раздраженных и красных.

Опустил руку на ее лобок, спускаясь вниз, лаская пальцами каждую складочку, пока не добрался до клитора, потирая его самым волшебным образом и наблюдая за ее лицом свирепым взглядом хищника, пока она корчилась и стонала, кончая под ним, а когда Эля замерла, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя, перевернул ее на бок, и, устроившись сзади, медленно скользнул в пульсирующую киску. "

"Игорь двигался так, будто у него было все время мира. Эля лежала, покорно принимая в себя огромную длину, пока с каждой проходящей минутой в ней снова не начало искрить. Он прижимал ее к себе обеими руками, одной держа за бедра, а другой лаская груди, то одну, то другую, нежно поглаживая и щипая соски. Она вцепилась в его руку ногтями, подаваясь бедрами назад, навстречу пронзающему ее члену, и прикусив губу от напряжения.

Пламя в животе продолжало расти, закручиваясь в адский огонь, пока он объезжал ее, не отвечая на провокации и продолжая двигаться в своем темпе, лишь тяжело дыша и время от времени порыкивая в ее шею.

— Игорь, ооо, пожалуйста! Я больше не могу, — взмолилась Эля.

Он был в ней слишком долго. Ее киска болела, наряду с возбуждением, которое слишком долго копилось, не находя облегчения. Игорь не позволял ей прикасаться к клитору и не ласкал его сам. Девушка заплакала от беспомощности, когда начальник не отреагировал на ее мольбу.

Заметив это, он замер. Вышел из нее и перевернул на спину, обхватывая ее щеки ладонями.

— Прости, Кудряшка, — выдохнул мужчина ей в губы. — Я — эгоист. Хотел побыть в тебе подольше.

Она ответила на поцелуй, постанывая в его рот, когда он снова скользнул в нее, начиная двигаться быстро и размашисто, задевая клитор при каждом толчке, от чего она бурно кончила, вцепившись в его плечи и громко крича.