Запах соли, крики птиц

Патрик уже в третий раз пробегал глазами список, пытаясь заставить себя не смотреть все время на телефон. Каждый раз, когда раздавался звонок, он надеялся, что звонят из Уддеваллы, чтобы сообщить более подробную информацию о детях, но неизменно его ждало разочарование.

В кабинет, робко постучав, вошел Йоста. Патрик вздохнул и поднял взгляд.

— М-да, — медленно произнес Йоста, усаживаясь. — Знаешь, с тех пор как мы вчера узнали о детях, у меня все время тут кое-что вертится. — Он постучал указательным пальцем по виску.

Йоста мычал и бормотал, и Патрику пришлось подавить желание перегнуться через стол и встряхнуть его, чтобы заставить говорить отчетливо.

— Ну, мне вспомнилась одна история, приключившаяся в шестьдесят седьмом году. Во Фьельбаке. Я тогда только начинал в полиции. Приступил в самом начале осени и…

Патрик смотрел на него с нарастающим раздражением. Надо же быть таким обстоятельным!

Йоста снова собрался с силами и продолжил.

— Так вот, не успел я проработать и нескольких месяцев, как нам сообщили о двух утонувших детях. Близнецах-трехлетках. Они жили с матерью на острове Кальвё. Отец утонул несколькими месяцами раньше, провалившись под лед, а мать, естественно, стала пить. В тот день, в марте, если мне не изменяет память, она переправилась на лодке во Фьельбаку, а потом отправилась на машине в Уддеваллу по делам. Когда они возвращались на лодке обратно, поднялся ветер, и, по словам матери, они уже почти добрались до места, но тут лодку перевернуло, и оба ребенка утонули.

— Вот оно что, — произнес Патрик. — Почему ты вдруг подумал об этом в связи с нашим делом? Ведь те дети утонули и явно не могли оказаться в машине Сигрид Янссон двумя годами позже.

— Понимаешь, там имелся свидетель… — Он сглотнул, а затем продолжил: — Свидетель, утверждавший, что когда мать, Хедда Челландер, отправлялась утром на лодке, детей у нее с собой не было.

Патрик некоторое время посидел молча.

— Почему никто не разобрался в этой истории до конца?

Йоста сперва ничего не ответил, просто сидел с подавленным видом.

— Свидетелем была пожилая дама, — в конце концов сказал он. — По мнению народа, не совсем нормальная. Она имела обыкновение целыми днями сидеть у окна с биноклем и периодически утверждала, что видела то одно, то другое.

Патрик вопросительно поднял брови.