Запах соли, крики птиц

Я понял, как только ты о ней заговорил. К тому же по телу видно, что ей крепко досталось.

Мартин осторожно отступил от машины. Лицо у него было мертвенно-бледным, и Патрик видел, что он всеми силами пытается удержать завтрак внутри. После нескольких минут борьбы Мартин признал свое поражение и бросился к ближайшему кусту.

Патрик направился к Мельбергу, который, активно жестикулируя, разговаривал с Турбьёрном Рюдом.

— Жертву опознали, — прервал он их беседу. — Это одна из участниц реалити-шоу. У них вчера была дискотека в клубе, и, по словам Мартина, девушка в течение вечера неоднократно оказывалась в центре разборок.

— Разборок? — переспросил Мельберг, нахмурив брови. — Ты хочешь сказать, что ее забили до смерти?

— Этого я не знаю, — ответил Патрик, стараясь подавить раздражение в голосе. Иногда он просто не выдерживал идиотских вопросов Мельберга. — Причину смерти может установить только судмедэксперт, когда проведет вскрытие. — «Что тебе следовало бы знать самому», — мысленно добавил он, но сдержался.

 — Однако нам явно необходимо побеседовать с остальными членами группы. И позаботиться о доступе ко всем сделанным вечером видеозаписям. В порядке исключения, у нас, кажется, имеется абсолютно надежный свидетель.

— Да, я как раз собирался сказать, что камеры, возможно, зафиксировали что-нибудь полезное. — Мельберг надулся, уверенный, что идея изначально принадлежала ему.

Патрик сосчитал до десяти — это становилось довольно утомительным. Он играл в такую игру уже несколько лет, и его терпение подходило к концу.

— Тогда мы поступим так, — сказал он с напускным спокойствием. — Я сейчас позвоню Ханне, чтобы узнать о ее наблюдениях. Нам надо также переговорить с продюсерами шоу, а затем, вероятно, стоит проинформировать руководство округа. Я уверен, все согласятся с тем, что съемки необходимо немедленно прекратить.

— Это еще почему? — с удивлением спросил Мельберг.

Патрик бросил на начальника изумленный взгляд.

— Это же очевидно! Ведь убили одну из участниц! Едва ли они смогут продолжать съемки!

— Я вовсе не так уверен, — возразил Мельберг.

 — Насколько я знаю Эрлинга, то он сделает все для того, чтобы они гнали дальше. Для него этот проект дело престижа.

У Патрика на мгновение возникло леденящее и в высшей степени необычное ощущение, что Мельберг прав. Но поверить его словам все-таки было трудно. Ведь не могут же они оказаться столь циничными!

Ханна и Ларс сидели за столом в гробовом молчании.