Запасной инстинкт

– Так в вашем кабинете!

– Так почему он в моем кабинете, когда я в кабинете у Сизова?!

– Скажу, – подумав, заявила Шарон, и оба начальника переглянулись.

Саша Белошеев возник на пороге через секунду, наверное, и сам догадался, куда ему идти, без Шарон.

– Привет, Саш, – ответил Сизов, а Троепольский промолчал, глядя в монитор, и Саша вдруг встревожился.

Троепольский мог орать, как ненормальный, материться, ругаться, но он никогда не забывал здороваться и говорить “спасибо”.

– Арсений, мне нужно с тобой поговорить.

– Давай, – разрешил Троепольский после секундной паузы, мельком взглянул на него и опять уставился в монитор.

– Ну, пока я здесь, значит, здесь. Или ты хочешь пригласить меня в ресторан?

Упоминание о ресторане тоже был странным, но отступать Саше Белошееву было все равно некуда.

– Я от вас ухожу, – бухнул он. – Мне предложили… другую работу.

Троепольский бросил мышь, так что она уехала по столешнице довольно далеко, откинулся в кресле, а Сизов присел на край стола и выпрямил спину.

Все в конторе знали – когда Сизов так выпрямляет спину, жди беды.

“Они не могли ничего пронюхать, – пронеслось в голове у Саши. – Если только сука Светлова не стукнула. Но она не должна стукнуть, он сильно напугал ее, он знал это точно”.

Начальники переглянулись.

– Что за работа? – весело спросил Троепольский. – В райских чертогах? Или в адском пламени?

– Почему… в чертогах? Или в пламени? – опешил Саша.

– Да потому что в этом мире ты работы себе больше не найдешь, родной, – так же весело ответил Троепольский.

Сизов слез со стола, обогнул Белошеева и стал у двери.

Это означало – дела плохи. Совсем. Саша был не дурак и моментально это понял.

Значит, сука все-таки стукнула. Значит, проболталась. Напрасно он не убил ее в туалете!

– Вы о чем, ребята? – спросил он и улыбнулся светлой улыбкой. – Вы, часом, ни с кем меня не перепутали?

– А ты, часом, ни с кем нас не перепутал? – это Сизов спросил. От двери.

– Так сказать, тонкие художественные натуры? – это Троепольский вступил.

Тут Саша допустил ошибку. Нужно было все отрицать, клясться, кричать гневным голосом, что они оба сошли с ума, но он думал только о том, что Светлова выложила им все, и теперь ему придется за это поплатиться – за ее бабью дурость!

– Ты что?! – закричал он и покраснел.