Запасной инстинкт

Потом, тяжеловесно громыхая, из-под пальцев покатилась банка растворимого кофе – Троепольский быстро и виновато усмехнулся, – кодаковский пакет с фотографиями, диски в пластмассовых конвертах, диски в коробках, пакетиках и вообще без коробок и пакетиков.

Полина сунула под мышку свою суперсобаку, присела на корточки и стала рассматривать журналы. – Там макета точно нет, – сухо сказал Троепольский, и она ничего не ответила.

Федина жизнь, вывернутая на ковер, производила странное и болезненное впечатление – как будто без согласия хозяина они вторглись в его личный, интимный мир, как мелкие отвратительные жулики, а он не может прийти и дать им за это по шее! А они… пользуются этим.

– Ничего не понимаю, – пожаловался Арсений, выпрямился и сцепил на затылке руки. – Ты что-нибудь понимаешь, Полька?

Она понимала, но сказать не могла, как китайская хохлатая собака Гуччи.

Троепольский покачался в кресле туда-сюда, наклонился, потянулся и выудил из кучи бумаг на полу разноцветный кодаковский пакет.

На пакете были изображены счастливые до идиотизма люди на роликовых коньках. Тоже, наверное, какой-нибудь умник придумал, вроде того, что решил “взять качество за правило”.

Идиоты на картинке Троепольского раздражали, и он перевернул пакет другой стороной. Фотографии веером разлетелись по столу – довольно много. Он стал смотреть по одной. Подошла Полина и тоже стала смотреть из-за его спины. Гуччи часто дышал ему в ухо.

На всех фотографиях был примерно один и тот же сюжет, близкий по идиотизму изображенному на пакете.

Федя Греков на фоне разных пейзажей и ландшафтов обнимался с какой-то девицей. Иногда девица позировала в гордом одиночестве. Иногда в одиночестве позировал Федя. Неописуемая красота.

– Кто это, ты не знаешь? – спросил Троепольский, рассматривая девицу. Полина отрицательно покачала головой. Он не мог этого видеть, но почему-то понял.

– Племянница, что ли?

– Нет, племянницу я видела. Это не она.

– Когда ты видела племянницу?

– Три дня назад. Когда ты… к Феде уехал.

Она за ним заезжала, а его не было, и тебя не было.

Троепольский откинул голову и снизу вверх посмотрел на Полину, и она посмотрела в его перевернутое лицо.

– Почему ты мне не сказала? – Что?..

– Что за Федей заезжала племянница.

– Троепольский, ты что? Дурак? Какое это имеет значение, заезжала она или нет?

Он вдруг подумал, что это имеет огромное значение.

– Последний раз она заезжала лет восемь назад, еще в старый офис. С мамашей.