Записки под партами

— Фильм посмотрим или сериал, — продолжает убеждать меня Матвеев. В итоге сдаюсь под его напором и соглашаюсь. Все же это неплохая возможность выяснить немного информации о том, Аноним он или нет.

Пока едем, я в голове разрабатываю целый план-стратегию. Только сейчас понимаю, что совсем ничего не знаю о своем отправителе. Разве что людей он идиотами называет, но этим грешат многие. Пытаюсь вспомнить письма и зацепиться хоть за какой-нибудь фрагмент, однако ничего дельного не выходит.

Домой мы прибываем почти в одиннадцать ночи.

Фильм решаем не смотреть, потому что я зеваю и боюсь уснуть во время просмотра. Однако клятвенно обещаю, в следующий раз участвовать в сеансе перед телевизором.

На кухне делаю чай и бутерброды на нас двоих, и мы еще целый час болтаем. Вспоминаем горы и мои достижения. Я даже случайно осекаюсь, что хотела бы разок там прокатиться на коньках. Потом, правда, вспоминаю про Анонима и решаюсь пойти в словестную атаку.

— Кстати, у нас из кабинета ОБЖ открывается отличный вид, — начинаю издалека.

Матвеев делает глоток чая, закусывает с большим аппетитом бутербродом, а мне хочется улыбаться, до того семейная атмосфера парит в воздухе.

— Со школы вообще вид не очень, — жует и отвечает Даниил. Я обдумываю и продолжаю атаку.

— Ну, это да, хотя если сравнивать класс ОБЖ и другие…

— Ты чем на уроках занимаешься, Тась? — Интересуется Даня и одаривает меня улыбкой, от которой я смущаюсь и покрываюсь алым цветом, словно маленький помидорка. Перевожу взгляд, чтобы не смотреть на него и стараюсь взять себя в руки.

Вот же, глупость какая: назвал мое имя, а реакция будто поцеловал. Так сказывается полная неопытность в общении с противоположным полом? Или просто это чары Матвеева?!

— Уроками, я вообще-то отличница! — Протестую и надуваю губки как-то игриво.

— Да моя ж ты отличница, — ласково говорит Даня и кладет руку мне на голову, словно маленькому ребенку. Мы засматриваемся друг на друга, словно наши Вселенные сейчас знакомятся и пытаются понять, на правильной ли дороге.

Смущение, робость, страх и дикое желание — все это так ярко ощущается, когда смотрю в глаза парня напротив меня. И в ту же секунду, когда звезды вспыхнули яркой вспышкой они и погасли, потому что Матвеев резко убрал руку и отвернулся. Опускаю голову, стараясь успокоить сумасшедшее сердце, готовое вот-вот разорвать грудную клетку.

— Я сижу возле окна, а ты? — Выдала фразу, просто чтобы разрядить атмосферу.