Записки под партами

— Проснулись? — Спрашивает незнакомец, закидывая ногу на ногу.

— Где я? — Голос звучит хрипло, аж сама пугаюсь. Начинаю приподниматься, но боль тут же отдает по телу.

— А вот это делать пока не надо, — строго звучит речь человека в белом. — Вы пока еще не оправились.

— Где я? — Снова вопрошаю, потому что чувствую, как внутри нарастает паника.

— В больнице, где ж еще, — спокойно сообщает, как теперь уже понимаю, врач. Он берет с полки возле моей кровати планшет, куда прикреплены листки с бумагой.

— Что? В смысле, как… — хочу спросить, но обрываю себя.

События вчерашнего вечера резко всплывают в памяти, заставляя все мышцы сжаться. Вот я жду Анонима, вот получаю чем-то тяжелым по голове, и голос Дани. Моего Дани. Хотя нет, не моего. Совсем не моего. Закрываю глаза, но не могу почему-то сдержаться. Слезы маленькими градинками начинают скатываться по лицу, и я чувствую боль, дикую, всепожирающею боль. Она разрывает все внутренности, поглощает каждый орган, режет так остро, что задохнуться можно.

— Так, Филиппова, — врывается голос врача в поток моих эмоций.

 — Вы что тут сырость развели? Ничего серьезного у вас нет, ушибы просто сильные. Пару дней и будете у нас бегать. Прекратите! — Командует он. Ах, милый доктор, если бы вы могли излечить мое глупое сердце. Потому что, когда умирает душа, здоровье телу не нужно. Совсем не нужно.

— П-простите, — шмыгаю носом, поджимая губы.

— Давайте по делу, берите в себя в руки уже. Все будет хорошо, поправитесь, вы, — опять утешает мужчина. На его худощавом лице появляется что-то похожее на улыбку.

— П-простите, — вновь скулю, потому как именно на вой походит мой голос сейчас. Не могу отчего-то успокоиться. Все так живо, будто пару минут назад произошло.

— Там отец ваш за дверью, волнуется стоит, а вы тут слезы льете. Да и ваш лю… — что-то хочет сказать доктор, но я перебиваю его. Слишком удивлена услышанному.

— Конечно, очень хочется вас увидеть, а вы его заставляете ждать, — вздыхает врач, поправляя очки на переносице.

— Что нужно сказать, чтобы его пустили ко мне? — Сглатываю, глубоко вздыхаю и пытаюсь взять себя в руки.

Не хочу, чтобы отец увидел меня в таком состоянии. Иначе последуют вопросы, а что мне ему сказать? Почему я плачу? Потому что дура и поверила самому красивому парню нашей школы? Потому что в итоге он разбил мне сердце? Потому что в такую, как я он бы ни за что не влюбился и никогда в жизни не посмотрел. Папа не заслуживает видеть меня в таком состоянии. Хватит и того, что я в больнице.