Я даже пописать без чужой помощи не могу, руки не дотягиваются, а вы мне толкуете о сексе. Любая баба под такой тушей просто задохнётся.
— Ну, существует множество поз, при которых…"
"— Хватит, мистер Кнехт. Это уже не смешно. Думаете, я не пытался исправить положение? Уверяю вас, не раз. Но все эти ваши хвалёные высококвалифицированные специалисты на самом деле ничего не стоят. Они просто тупо разводили руками, постоянно повторяя: «Мы не можем вам помочь, мы не знаем, что с вами…» Тупые ублюдки! Я даже рискнул обратиться к местному врачу, которого поселенцы считают кем-то вроде святого или полубога, но он в уплату потребовал запретить моей пастве собирать подаяние.
А это противоречит нашим канонам. Я предлагал ему любую другую плату, но он упёрся.
— Вы всерьёз решили, что какой-то сельский врач сможет преуспеть там, где потерпели неудачу профессионалы, имеющие под рукой отличное оборудование и вооружённые самыми прогрессивными способами лечения?
— Этот, как вы сказали, сельский врач, умудрился создать из местных растений самые разнообразные лекарства и средства, которыми лечит практически всё, от простуды до фиксации возраста.
— Таблетки фиксации возраста?! — растерянно ахнул Кнехт. — Простите, преподобный, но это просто невозможно.
— В посёлке, через который вы проехали, направляясь сюда, проживает человек восемь, возраст которых давным-давно уже перевалил за сотню лет. Он мог мне помочь, но не стал этого делать, — скривившись, ответил пастырь.
— Ушам своим не верю, — покачал головой Кнехт.
— В этом мне нет смысла врать, — отмахнулся пастырь. — Он действительно делает все свои препараты из местных растений и спас уже сотни, если не тысячи жизней. Он единственный врач на планете, и корпорация долгие годы пыталась схватить его. Он изгой. Но врач божьей милостью.
— Вы могли бы надавить на него, угрожая сообщить корпорации о его местонахождении.
— Мог, но тогда на меня и мою паству устроили бы самую настоящую охоту.
— Поселенцы?
— Да, как я уже говорил, он единственный врач на всей планете, при этом способный не просто языком молоть, а по-настоящему лечить.
Нет, этот способ не подходил. Потерять всё, что создавалось с таким трудом, я не могу. Так что давайте оставим в покое мою внешность. Если вы не заметили, то я ни разу не позволил себе пройтись по вашему виду. Смею вас заверить, что физиономия ваша никому не внушает доверия.
— Знаю. Простите. Я просто пытался дать вам совет.
— Я так и понял.
