Они явно принадлежали человеку, отчаянно хватавшемуся за все, чтобы спастись от неминуемого падения. Лавинию передернуло от страха.
— Да, — прошептала она, — вижу.
— Мне представляется, что женщина намеренно заманила его на крышу, — пояснил Тобиас, сделав несколько шагов. — Ты сказала, что Фуллертон был сильно пьян и поэтому, вне всякого сомнения, едва держался на ногах. Следовательно, не потребовалось особых усилий, чтобы перекинуть его через край. Самых больших трудов стоило привести его туда.
— Я знаю, что по какой-то причине, которую тебе еще предстоит объяснить, ты убежден, что это убийство, — тихо заметила она.
— Но пока я не видела ничего, указывающего на то, что это не несчастный случай.
— Как насчет высокой горничной-блондинки?
Лавиния поколебалась.
— Нелл не знает никого отвечающего этому описанию, — признала она.
Тобиас задумался. В свете свечи его лицо приобрело зловещее выражение. Она вполне понимала реакцию Нелл. Всякому, не знакомому с вышедшим на охоту Тобиасом, прежде всего захочется бежать со всех ног, спасая жизнь.
— Одна из гостий, возможно, — медленно произнес он. — Одетая в костюм, который носила на маскараде?
Лавиния вызвала в памяти образ спутницы Фуллертона и покачала головой:
— Вряд ли костюм подобного рода надела бы на бал приглашенная дама. Слишком уж он обычный, простой… ну, ты понимаешь, о чем я. Да и ткань недостаточно тонка. Платье было сшито из грубой, некрасивой материи, уныло-коричневого цвета. Туфли, чулки и передник походили на те, что носят служанки Бомонов.
— То есть не костюм, а настоящая маскировка, — кивнул он.
— Тобиас, мне кажется, пора объяснить, что происходит на самом деле.
Он, не отвечая, снова принялся ходить взад-вперед. Лавиния поняла, что он ищет еще какие-то свидетельства случившегося. Она уже опасалась, что он попытается избежать расспросов. Но, добравшись до дальнего угла, Тобиас сказал:
— Я уже рассказывал, что во время войны проводил кое-какие конфиденциальные расследования для правительства по просьбе моего друга, лорда Крекенберна.
— Да, да, мне известно, что вы были шпионом, сэр. Прошу вас, не отвлекайтесь на детали.
— Говоря о прежней профессии, я предпочитаю избегать термина «шпион». — Он наклонился, чтобы получше разглядеть что-то, увиденное в грязи. — Это вызывает весьма неприятные ассоциации.
— Я прекрасно сознаю, что эта профессия не считается приличной карьерой для джентльмена. Но когда мы одни, совсем ни к чему ходить вокруг да около. Да, ты был шпионом.
