— Она фто, тебе навитца? — девчонка заливисто смеётся, и мои уши начинают предательски гореть.
— Капец как. А чё, сильно заметно?
— Ну… Да, — выносит свой вердикт стрекоза, прикрывая рот.
Жую вафлю. Смотрю на синее море, шумящее метрах в тридцати от нас, и стараюсь особо не вслушиваться в этот диалог.
— Она квасивая. Ты тозэ.
— Думаешь, стоит за ней поухаживать?
Замечательно! Общаются так, словно меня и нет здесь вовсе.
— Ну… — тянет незнакомка, — да.
— А если она снежная королева?
Чего блин? Снежная королева?
Недовольно поджимаю губы.
— Это ничево, — отвечает ему девочка. — Тут жавко. Вастает на совнышке.
— Пхах, растает. Точняк, без вариантов. Дашь померить ободок?
Господи, спятил он, что ли? Может, вышеупомянутое солнце мозги напекло?
Судя по её громкому хохоту, померил.
Поворачиваюсь.
Качаю головой, глядя на кучерявую стрекозу с торчащими вверх антеннами-усиками.
— Анжелика! АНЖЕЛИКА! — истошно кричит женщина, чуть ли не бегом направляясь к нашей лавочке.
— Ой, это мама, — тихо, испуганно, почти шёпотом.
— Давай суда мои игвушки.
Марсель возвращает назад позаимствованные для развлечения вещи.
— Пока, — спешно прощается она, топая навстречу родительнице.
— Пока.
— Ищу её везде! Я сколько раз тебе говорила! Нельзя от меня уходить!
Женщина в одной руке держит шаурму. Второй хватает девчонку за руку. Принимается громко её отчитывать, а потом и вовсе лупить по пятой точке. Да так, что Анжелика навзрыд плакать начинает.
— Э, мамаша, на фига рукоприкладством заниматься? — возмущается Марсель, заступаясь.
— Вас, молодой человек, забыла спросить, как мне воспитывать своего ребёнка! — мечет взглядом молнии в ответ.
— Смотреть лучше надо за «своим ребёнком».
— Поучи меня ещё!
Разворачивается и тащит дочь в ту сторону, откуда пришла.
— Идиотка. Потерять дочь из-за шаурмы, — фыркает Марсель, делая глоток газировки из бутылки.
— Надо поговорить, — выбрасываю салфетку в урну.
— На тему?
Подсобравшись, всё же выдаю:
— Ну, во-первых, я хочу поблагодарить тебя за то, что ты меня спас.
— Воу, — уголок его верхней губы приподнимается.
— Да. Не сказала это в субботу, потому что ты появился слишком внезапно и без приглашения. Чем ужасно разозлил.
— Ты разозлила меня раньше, Джугели. Ответила бы тогда на сообщения, я и не заявился бы.
— То есть это я виновата в том, что ТЫ вломился в мою спальню?
— Получается, что да.
— Прекрасно! — возмущённо подытоживаю.
— Нормально же посидели чё, — невозмутимо пожимает плечом.
