Запрет на вмешательство

Совещание командования длилось недолго. Видимо, Музыченко, наконец, смог трезво оценить ситуацию, а Соколов, я думаю, после всего произошедшего с его ударной группой, и так прекрасно понимал, что происходит.

«Колонна особого назначения» получила приказ сбить немецкий заслон при поддержке пехоты комдива Соколова. Танки развернулись в боевой порядок и двинулись в сторону немецких позиций. За ними последовали пехотные цепи, а в арьергарде начала движение небронированная техника колонны.

К танковому удару немецкий заслон готов не был.

На наше счастье здесь у немцев не имелось скорострельных зенитных пушек, иначе пехоте, да и легким танкам пришлось бы очень несладко. Зато противник вызвал авиацию, и та появилась неожиданно быстро. Похоже, две пары «мессеров» и четверка пикировщиков Ju-87 были перенацелены немецким командованием прямо в воздухе. Во всяком случае, до начала нашей атаки они шли по совершенно другим векторам, и к нам, вроде бы, не собирались.

Именно здесь мой взвод впервые вступил в бой в полном составе.

Немецкие пилоты действовали грамотно, заранее согласовав свои действия при подходе к цели. «Мессершмитты» шли первыми и заходили с разных сторон, летя на предельно низкой высоте. Это была все та же модификация «Е», снаряженная для боя в стиле штурмовика — с грузом небольших бомб. Пикировщики собирались выйти на цель примерно через минуту после удара «мессеров», основной задачей которых была дезорганизация нашей противовоздушной обороны.

Посылать в атаку взвод ПВО Музыченко не стал, понимая, что для нас в любой момент может найтись работа по профилю, за что я был ему весьма благодарен.

Команду «Воздух!» я подал примерно за две минуты до появления вражеских самолетов, разослал полуторки со счетверенными «Максимами» на фланги, а обе пушки 61-к, развернул в центре, за спинами наступающей пехоты. Сам я занял место в броневике за пулеметом Дегтярева-Шпагина, выдвинувшись чуть вперед относительно позиции зениток.

Мои подчиненные удивленно крутили головами, не понимая, где я вижу воздушного противника, но помня о сбитой «раме», выполняли приказы без задержек.

Я указал им, откуда ждать «мессеры», и строго запретил расчетам зенитных пушек стрелять очередями, разрешив потратить не больше чем по пятнадцать снарядов на ствол.

Первая пара истребителей-бомбардировщиков появилась из-за кромки недалекого леса. Почти одновременно с ними еще два «мессера» выскочили на нас с противоположной стороны.