Запретный поцелуй

– Ч-чт-то вы делаете? – прошептала она, прежде чем успела спохватиться и умолкнуть.

Он загадочно улыбнулся.

– Еще ни один мужчина не ласкал тебя так?

Что она могла ответить? Неужели все мужчины ведут себя в постели столь возмутительно? В своих кратких объяснениях относительно занятий любовью ее мать ни словом не обмолвилась о таких диких действиях.

К счастью, он сам ответил на свой вопрос:

Он снова принялся ласкать ее губами и языком, на этот раз медленно и долго, и она вдруг почувствовала, будто внутри ее закручивается пружина, все туже и туже, с каждым прикосновением его языка к ее чувствительной плоти.

Но она не в силах была удержаться от легких возгласов удовольствия, нечаянно срывавшихся с ее губ.

– Да… О Господи Боже… Джордан… Джордан…

– Тебе нравится? Тебе приятно, моя дорогая Эмили? Или я должен остановиться?

– Нет! – Стыд охватил ее при этом явном доказательстве ее порочности, но ее бедра по своей собственной воле задвигались навстречу его губам.

Он не остановился. Язык его проник внутрь ее, лаская ее… закручивая пружину все туже и туже, пока она почти не могла уже этого вынести. Такое напряжение… слишком сильное… ей ни за что не выдержать…

Внезапно пружина словно щелкнула, раскручиваясь и посылая наслаждение в каждую клеточку, каждую жилку, каждый мускул ее тела. Животный крик вырвался из ее груди, и она дугой выгнулась над постелью, затем обрушилась на кровать, забившись в судорогах облегчения.

Когда она пришла в себя, то увидела, что он наблюдает за ней с удовлетворенной, чисто мужской улыбкой. Она тоже улыбалась, не в силах остановиться. Во всем теле она ощущала легкую усталость и слабость… и огромное удовольствие.

– Значит, я сумел угодить тебе, не правда ли? – проворчал он, склоняясь над ней, положив руки ей на плечи. Завитки рыжих волос облепили его вспотевший лоб, лицо горело неприкрытым желанием.

Ее приятная истома мгновенно испарилась, когда она почувствовала между ног его копье, и ощутила, как оно медленно входит внутрь.

О Господи, что она-то должна теперь делать? Она и понятия не имела! Чего он от нее ждет?

– Боже милостивый, ты такая тесная… – закрыв глаза от удовольствия, прошептал он, проникая глубже, явно испытывая удовлетворение.

«Тесная» – это не то слово.