Запутанная игра

– Что тебе снилось? – бормочет Рэнсом, уткнувшись носом в ложбинку между моей шеей и плечом.

У меня голова идет кругом от мыслей, мечущихся по кругу. Позади меня Рэнсом усмехается, явно не обеспокоенный тем, что я ему до сих пор не ответила.

– Знаешь, ты такая милая, когда стесняешься, – говорит он. – Наверное, тот еще сон был. Тебе снился я?

Я облизываю губы, не в силах удержаться от кивка.

На долю секунды я задумываюсь о том, чтобы солгать и сказать, что так оно и было. Почему-то это кажется менее пугающим, чем признать правду, но, прежде чем я успеваю остановить себя, с языка срывается честный ответ:

– Нет.

Рэнсом издает горловой звук.

– Хм, понятно. Полагаю, там был Мэлис. Между вами двумя жесткое напряжение, хотя он и пытается это отрицать.

В голове звучат слова Рэнсома, сказанные прошлым вечером, когда он просил Мэлиса просто признать, что тот хочет меня. И когда реальные воспоминания о нашем поцелуе смешиваются с воспоминаниями из сна, сердце начинает отбивать жуткий ритм.

– Вик тоже был там? – с любопытством спрашивает Рэнсом, и я, густо покраснев, снова киваю.

В какой-то момент я задаюсь вопросом, не расстроился ли он из-за того, что мне снились его братья, но затем он издает стон, звучащий почти страдальчески.

– Черт, малышка. Из-за тебя мне ужас как трудно держать руки при себе.

От этих слов у меня внутри все переворачивается, и когда я заговариваю, голос звучит тихо и немного неуверенно.

– В каком смысле? – с негодованием спрашивает Рэнсом.

– В таком, что, по-видимому, на данный момент я вроде как трофей. Единственные мужчины, которые когда-либо хотели меня, делали это только из-за моей дурацкой девственной плевы. Николай, Колин, Карл. Всем им нужна была только моя девственность, и они были бы счастливы взять ее силой, если бы пришлось. Карл согласился сохранить мою тайну, только если я предложу ему секс взамен.

– Так. – Тон Рэнсома становится жестким. – Надеюсь, что из всех гребаных людей на земле ты не сравниваешь меня со своим бывшим боссом. Это оскорбительно. Он был отбросом.

Я открываю рот, хочу сказать, что я вовсе не это имела в виду, но он продолжает говорить:

– Я так не поступаю, малышка. Я никогда не брал женщину силой и никогда не возьму. – Его голос меняется, становясь низким и дразнящим.