До следующей смены, — протараторила я, наспех схватив вещи. Вышла из сестринской и через пару секунд вслед за мной вышел Лукьянов.
Иду к его кабинету не оборачиваясь назад. Так уж повелось, что я сама стала инициатором этой самой субординации, после того как одна из медсестер на моей смене перемывала кости другой за то, что та спит с анестезиологом. Я такого о себе не хочу. По крайней мере до того, как я не уволюсь или до официального штампа в паспорте. А будет ли он когда-нибудь, это уже другой вопрос. Понятно, что мои слова о свадьбе были всего лишь шутками, но все же когда-нибудь, надеюсь, это произойдет.
А вообще все это сейчас несущественно. Куда важнее, что за мной приехал мой Лукьянов. Спрячь лыбу, Озерова. Спрячь. Мельком оглянулась назад, дабы убедиться, что нет лишних глаз и Богдан идет за мной. А вообще-то хочу и улыбаюсь."
"— Я даже не буду спрашивать, как ты здесь оказался. Будем считать, что это чудо, — Лукьянов открывает свой кабинет и я, не стесняясь, набрасываюсь на него, крепко обвив его шею руками.
Присасываюсь к его губам как пиявка, не задумываясь о том, как это выглядит со стороны. Так бы его и сожрала всего. Блин, нехорошо это. Нехорошо. Всего два дня не виделись, а ощущение как будто неделю. Нехотя отрываюсь от Богдана. Ну улыбнись ты, Сухарь Сухаревич. Хочешь же. Вижу. — Злишься из-за Люки? Ревнуешь?
— Нет. Я вдруг понял, что он гомик, так что хрен с ним. И так в жизни не сладко, пусть живет, — усмехаюсь в ответ, скинув с себя халат.
— С чего ты решил, что он такой?
— Все восемь раз, за которые я его встречал, он неотрывно смотрел на меня, еще и улыбался своей смазливой рожей.
Так что теперь я понимаю, он запал на меня, — как ни в чем не бывало отвечает Лукьянов, пристально наблюдая за тем, как я переодеваюсь.
— Неожиданно, Богдан Владимирович. Значит вам стоит опасаться за вашу прекрасную задницу.
— За задницу беспокоиться надо тебе.
— Почему?
— Потому что я хочу ее тебе отбить.
— Это что-то связано со скрытыми БДСМ наклонностями?
— Это связано с тем, что ты меня бесишь.
Как знал, что ты оденешься так, чтобы отморозить себе жопу. Хорошо хоть хватило ума надеть не капроновые колготки в минус четыре. Прям по погоде платье, да, Ань?
— Вчера был ноль, поэтому я так и оделась. Да и платье-то тепленькое. Но мне приятно, что ты обо мне волнуешься и заботишься.
— Почему ты не на машине?
— Так резина же летняя, а на дорогах скользко, — пожав плечами, ничуть не задумываясь, произнесла я.
