Наверное, поэтому я, совершенно не брезгуя остальным мусором, быстро начала доставать цветы. Я и без того собиралась их засушить. Так что не страшно, что лежали без воды. Главное — успела. Усмехаюсь в голос от совершенно глупой ситуации и быстро вытираю тыльной стороной ладони мокрые щеки.
— Извини, мам. Я… была не права. Прости, — опускаю взгляд вниз, как нашкодивший ребенок. — Можешь менять цветы и выбрасывать, когда хочешь, но не эти, — быстро выхожу из кухни, дабы избежать ненужных вопросов.
На душе стыдно, но почему-то хорошо.
Как будто избавилась от чего-то тяжелого. А по факту — вернула старое. Нет в этих цветах ничего особенного. Мне и покрасивее дарили. Только как бы банально ни звучало — эти особенные. Чушь, конечно, редкостная, ибо даритель цветов точно не подразумевал ничего того, о чем думаю я. Ну и ладно. Засушу и сохраню.
Я напоминаю себе одинокую, жрущую мороженое старую деву, которая вдобавок еще и нечистоплотная. Упал кусок мороженого за сорочку? Разотрем и не помоемся. Упал еще один? Снова разотрем и в ванную не пойдем.
Руки липкие. Живот выпирает. А я продолжаю опустошать содержимое контейнера. Когда-то она звалась принцессой… Тяжело вздыхаю от переполненного пуза и вздрагиваю как истеричка от вибрирующего телефона. Увидев знакомое имя, я, отчего-то не раздумывая, сразу приняла вызов. Придурочная…
— Да.
— Спустись, пожалуйста, вниз. У меня для тебя есть подарок, — чуть хрипло произносит Лукьянов. Вот так, без приветствия. Хоть и виделись сегодня, но все равно обидно."
"— Для сомнительного подарка я должна спуститься к тебе в пол-одиннадцатого вечера? — насмешливо произношу я, еле усаживаясь на кровати из-за переполненного желудка.
— Спустись. По-хорошему прошу.
— Нет. Мне не нужны подарки, — кладу трубку, дабы не поддаваться. Нет там никакого подарка. Он просто хочет, чтобы я вышла. А дальше будет так же, как и в первый раз. Если не его квартира, так снятая. И я, как бы ни хорохорилась, сдамся. И хоть мне приятно, что он здесь, спускаться к нему я категорически не намерена.
Когда в окне появились красные полоски, я не сразу придала этому значение и только спустя несколько секунд до меня дошло. Резко вскакиваю с кровати и подбегаю к окну. Лукьянова не вижу. Беру вновь вибрирующий мобильник и поднимаю трубку, вглядываясь в окно.
— Ты совсем, что ли?
— Спустись вниз, если не хочешь, чтобы я тебе разбил окно вот этим камнем, — через пару секунд я замечаю Лукьянова с приподнятой рукой.
— Ты пьяный? — вдруг доходит до меня.
