Зависимая

– Меня в жизни не запугает какая-то баба, и ты не станешь первой, – с вызовом прохрипел он в ответ.

– Неправильные бабы встречались на твоем пути, ох, неправильные. Но я объясню тебе, как это будет у нас с тобой. Сейчас ты расскажешь мне все: кто вас нанял, откуда вы знали расположение палаты и строение самой больницы в целом, а я за это обещаю тебе быструю безболезненную смерть.

– Неправильный ответ.

Алекс кивнула Канкверу, и тот ударил мужчину в живот настолько сильно, что было слышно, как воздух вышел из его легких.

– Ты еще не понял, да? Я твой самый страшный кошмар, а ты моя игрушка. Я могу сделать с тобой все, что захочу. Например, отдам на растерзание голодным псам Канквера. Представь, как несколько озверевших пастей набросятся на твое тело, выгрызая себе по кусочку. Каково это – чувствовать, что от тебя откусывают кусок, и смотреть, как зверь, съев его, через секунду возвращается за новой порцией? Или же позволю Хангеру порубить тебя на кусочки, да так, чтобы смерть пришла к тебе лишь в самом конце.

Ты досконально изучишь анатомию своего тела, посмотришь на свои прогнившие кишки. Это будет славно, не правда ли? Но перед всем этим я сломлю тебя морально. Такого сильного, крупного, властного мужчину я превращу в суку для самых жестоких заключенных. Нас с тобой ждет увлекательное путешествие в мир пыток и боли.

Один ее шепот, тихий, зловещий, заставил многих мужчин почувствовать холодок по спине, хотя она даже ничего не делала, просто говорила. Но он звучал настолько уверенно, настолько правдиво, что никто не мог сомневаться, что она выполнит все это.

То, как Алекс говорила, убеждало, что она уже множество раз подвергала своих врагов пыткам. Все находящиеся здесь мужчины, вступая в теневой мир, были прекрасно осведомлены о том, что их здесь ожидает. Но ни один из них, закаленных убийц, не желал умирать той смертью, которую обещали ее уста. Страшной, мучительной, бесчеловечной.

И все же многие готовы были подвергнуться пыткам, лишь бы сохранить хотя бы видимость своей силы.

Многие, но не он. Этот отбросок общества на самом деле был трусом. Большим и скользким паразитом, который часто прятался за спинами других, лишь бы спасти свою никчемную жизнь.

– О, – она сладко, почти по-ангельски улыбнулась, – и если моей фантазии тебе мало, не забывай, у меня еще есть Хангер. Наш любимый безумец. Никто не знает, сколько замученных душ он уже отправил в ад, но думаю, он с радостью впишет твое имя в этот бесконечный список.