Здравствуй, 1985-й (СИ)

Впрочем, Аркашу я отмажу. Подхожу к магнитоле, выключаю её и собираюсь уходить.

— Аркадий сказал, он её оставит, — возмутилась Оксанка. — Привезём мы её! Тут скучно без музыки?

— Никаких мы! Аркадия я забираю. У меня для него поручение от комитета комсомола курса. Надо наглядную агитацию изготовить. Я, что один за всех комсомольцев должен работать? Совести, смотрю, у некоторых нет!

— Тут тоже работа есть! — возразила девчонка, ещё не понявшая, что парня я у неё забираю.

— Мы тут свою работу сделали, по субботам работали, и в будний день допоздна, — отмахнулся я.

Неожиданно поддержку оказала Анна Дмитриевна, пришедшая почему-то без Виталика в клуб. То ли попрощаться с нами, то ли проконтролировать.

— Так, в комнату поселим Виталия, раз Штыба уезжает. Одних вас оставлять нельзя, — сказала громко она.

— А чего так? — спросил по дружбе у неё я.

— Да он же на подселении жил, а сейчас там проблемы начались, — не стала вдаваться в детали Аня.

Виталия увидели уже по пути на поезд. Оказывается, к нему начала приставать дочка хозяина, у которого он жил.

Он-то в себе уверен, а вот Аня… Не стал он с ней спорить, тем более и место освободилось и реально смотреть надо за оболтусами.

Славнова мы отстояли, и сейчас впятером ждали прибытие поезда «Кия-Шалтырь — Красноярск». Стоянка — две минуты, ну да мы успеем!

Размечтался! Стоп-кран чуть не сорвал! Началось с того, что я неправильно рассчитал, где на перроне встанет наш восьмой вагон, потом увидел, что вагон вообще не открыли.

Был открыт пятый, пришлось бежать к нему, а там нас и пускать не хотели! Я запрыгнул первым и оттёр от входа пузатого проводника с усами как у Буденного и головой как у Котовского, то бишь, лысого. Смешная морда. Хотел помешать нам уехать. Бейбут запрыгивал уже на приличной скорости на ступеньки. Это хорошо, что я его оставил на посадку последним. Под ор лысого усача мы двинулись в сторону своего вагона и наткнулись в седьмом на перекрытую дверь тамбура. Я со злости так пинал её, что проводница, заспанная клуша, выскочила через полминуты.

— Что шумим! Почему хулиганите? — начала было орать она, но я сунул ей в нос наши билеты.

— Вагоны уже на остановке открывать не надо? Мы еле сели! — возмущенно сказал я.

Был бы мужик, точно врезал бы. Но с этой краснокожей любительницей скандалов нет никакого смысла ругаться. Её не исправишь.

Мы заняли целое купе около проводника, и ещё одно боковое место напротив. Нижнее, Аркашино оно было.