Здравствуйте, я ваша фея, Или Счастье по вызову

Огромный, хозяину послушный, но глаз злой: гладить не подходи – пальцы откусит по самые плечи.

На все случаи жизни. В иной лавке бывает меньше.

Сложения не богатырского, одет просто, но такой же высокомерный грубиян, как и его хозяин. Сразу видно: подбирался тщательно.

Ну если можно банальный череп на фоне тазовых костей назвать не пособием по анатомии, а гербом… то имеется.

Старички снова обменялись вопросительными взглядами.

– Я думаю, внука Костея, царя страны Костей, можно занести в реестр претендентов на руку принцессы Изабеллы, – осторожно проговорил старший герольд.

– Ваш номер – шестнадцать.

– Соперников в первом поединке вам принесет жеребьевка.

– Удачи, ваше высочество.

– Удача понадобится им, – снисходительно бросил Лесли, потянул повод, разворачивая Сивого, и тот степенным шагом направился к перегороженной стражей широкой улице, впадающей в площадь – месту дислокации претендентов и их оруженосцев.

Там заботливые организаторы турнира уже разбили шатры для отдыха участников и развернули палатки с пивом, бутербродами и выпечкой по завышенным в десять раз ценам: Луи Второй считал, что если уж столько аристократии собралось в одном месте, то польза от них должна быть не только эстетической.

Королевская казна пирожками не пахнет.

Не успели претенденты на руку, сердце и всю остальную Изабеллу Пышноволосую разойтись по шатрам, присесть и вытянуть усталые ноги, как на площади звонко и радостно грянули фанфары.

Агафон кинулся к выходу, оставив почти беспомощного, одетого в стали и сплавы крестника сидеть на невысоком мягком диванчике.

– Почему нам никто не сказал?! – новоиспеченный царевич возмущенно вскочил и, громыхая доспехами, словно жестяная лавка на выезде, стрелой вылетел наружу.

Серебряные трубы издали последний аккорд и смолкли, и у высокой дощатой трибуны остановилась огромная белая, словно первый снег, карета, запряженная восьмеркой лошадей. За ней – еще три похожих, но поменьше. Лакеи проворно спрыгнули с запяток и раскатали по булыжнику принесенные с собой красные дорожки, вышитые золотыми пионами.

Лесли упоенно ахнул.

– Какая она красивая!..

Его премудрие задумчиво прищурился.

– Ага, ничего, хорошенькая… была… наверное. Лет двадцать назад.

– А что? – округлил глаза чародей.