Земля живых

Сплошь об убийстве. Ничего личного – только холодный расчет, заказное убийство, как оно есть. Вот и пришлось Николаю с компанией изображать бурную деятельность по сносу заброшенного дома, а мне выступать в качестве наживки.

Но ведь сработало же! И я снова выпил.

Ха-ра-шо! Жить вообще хорошо, да…

С улицы послышался вой сирены, Николай Гордеев искоса глянул на нас, задумчиво хмыкнул и крикнул в дверь:

Чародей поднялся на крыльцо и замер на пороге как вкопанный.

– Ой, мля… – только и выдавил он из себя.

Я отставил графин и насторожился.

Саня пнул ногой оставшуюся от колдуна одежду и пробормотал:

– Вроде не голем… Никогда о таком не слышал. Короче, надо гимназистов звать.

– Позовем, – решил Гордеев.

И тут с черного хода забежала Мила.

– Все целы? – встревоженно спросила она.

– Все, – улыбнулся Клондайк и выставил перед собой грязные руки. – Да погоди, мне бы умыться сначала!

– Не вздумай никуда сегодня улизнуть! – предупредила его девушка.

– Ужин с меня! – напомнил я и присвистнул от удивления, когда с улицы прошел Григорий Кузьминок.

– Умолкни, Хмелев! – перебил меня озабоченный чем-то начальник отдела контрразведки Дружины и спросил: – Этот живой?

– Забирайте! – скомандовал Кузьминок подчиненным и предупредил: – Заявку на вывоз тел уже сделали, сейчас сотрудник подъедет показания снять.

– Еще бы экспертов из Гимназии вызвать, – посоветовал Саня.

Контрразведчик оглядел остатки изморози и кивнул, соглашаясь с чародеем.

– Вызовем, – пообещал он и шагнул к двери, но Николай Гордеев его удержал.

– Дело серьезней, чем кажется, если им занялась контрразведка?

– Есть такое подозрение, – не стал юлить Григорий, но и от конкретики воздержался.

Он ушел, а я потер руки и спросил:

– Ну что, накрываю к восьми? Нет возражений?

Возражений ни у кого не оказалось.

Отмечать мой второй день рождения собрались в подвале. И хоть особых поводов для веселья не было – как ни крути, слишком много неясностей оставалось в этом деле, да и заказчика прищучить будет ох как непросто, – настроение у всех оказалось приподнятое.

Мы живы, они не совсем, разве плохо?

Народу собралось немало, пришлось даже сдвигать столы. Я, Ирина, Николай с Милой, Платон и Дмитрий, Иван и Саня-чародей. Вику и Юлю тоже позвать не забыли. Все же девчонки-гимназистки меня своими оберегами выручали не раз и не два.

Ужин затянулся, постепенно все переключились на пиво.