Земля живых

– На этих полках – медикаменты, дезинфицирующие, перевязочные, индивидуальные аптечки, медицинские инструменты, приборы измерения ионизирующего излучения и персональные дозиметры, – двигаясь вдоль полок, тоном экскурсовода говорил Грешник. – Есть инструменты – слесарные, строительные, да какие угодно. Мачете я, кстати, тут себе сделал. Но сейчас рекомендую взять аптечки и бинты.

– А оружие? – перебил Пастор. – Здесь есть оружие?

– Нет, – Грешник покачал головой. – Это первое, о чем я подумал, оказавшись здесь впервые.

– А там что? – указывая в сторону железной двери в бетонной стене, спросил Шкет.

– Запасы. Армейские сухпайки, консервы, вода.

– Где?! – встрепенулся Йорик и суетливо засеменил вперед. Уже из соседнего отсека, отделенного тяжелой, распахнутой сейчас герметичной дверью, донесся его торжествующий голос. – Вот это да! Да тут годами жить можно!

Вслед Йорику проворно устремился Шкет. Из глубины отсека послышались скрип, звуки падения, шуршание пластика, треск раздираемой упаковки.

– Может, останемся, а, Пастор?

На выглянувшем из узкого проема лице Шкета была мольба. При этом его челюсти, не переставая, жевали. Пастор проигнорировал предложение – он внимательно оглядывал полки. Лапа молча покачала головой.

– Жратва, медикаменты, фильтрованный воздух… – прохныкал показавшийся за спиной Шкета Йорик. – Никаких бродячих тварей, и спи, сколько хочешь, не опасаясь, что во сне тебя сожрут какие-нибудь твари…

– Теперь уже это невозможно, – веско сказал Пастор.

– Поэтому давайте возьмем то, за чем пришли, и поскорее уберемся отсюда, – подытожил Грешник.

Подошел к железным шкафам у дальней стены. Жестом фокусника со скрежетом распахнул пару створок.

Лапа тихо ойкнула, Йорик выругался. Пастор впервые перекрестился, прошептав беззвучную молитву.

В шкафу стоял бес. Трудно было взять себя в руки и понять, что это всего лишь комплект химзащиты, напяленный на демонстрационный манекен. Когда такой образ ежедневно преследует тебя в кошмарах, хочешь не хочешь, а перекрестишься.

– Похож, – Лапа первой нарушила тишину. – Может, ты и прав, Грешник. Попробуем обмануть смерть.

Уже напяливая на себя тяжелый черный комбинезон из прорезиненной ткани, Грешник осознал: задуманное – полнейшая авантюра.