Одну рядом, вторую на взвод… так, тут метров сто с лишним, да я чуть сверху… а, пес его поймет, главное, не забыть «зимним» прицелом целиться… Ну, н-нна! Мать его, мимо?! Низковато взял… Вторую, скорее…
Выстрелить я не успел. С БМП загрохотала пушка – и я, полуослепнув и оглохнув в полсекунды, буквально откатился за недостроенную перегородку. Его ж мать, никогда бы не подумал, что их смешная пушка так может… Граната осталась где-то там, хорошо хоть, автомат при мне. Тут же подумалось: а что ты им против брони сделаешь? БМП дала еще очередь, сверху посыпались обломки кирпичей и крошка.
Надо, по ходу, линять, иначе крышка. Проблема в том, что лестница-времянка как раз на той стороне. За перегородкой. Как крыса, выглянув на секунду из-за стены, увидел лишь облако пыли и изгрызенные стены. Надо решаться, но теперь подожду – если сразу еще очередь не даст, больше, наверное, не станет, а в этой пыли меня хрен увидят.
Дождался я совсем другого – в стороне дороги раздался довольно громкий выстрел и знакомый уже скрип-вой.
Миномет, так его мать. Плохо, миномет хорош, только когда он за тебя воюет… Грохнуло взрывом в стороне. Это солидно, это не восемьдесят два, это все сто двадцать. Ну да ничего. Если и край, то уже не стыдно. Если меня у…барят аж стодвадцатым – значит, не совсем уж лох последний… Но ждать такого финала не дело – пора и вниз. Вот в таком раскладе подвал – самое оно. В пару секунд на карачках метнулся к лестнице, но наткнулся на куски кирпичных стен, размолоченных бээмпэшкой, и завозился, переползая.
Переполз и уже успел поставить ногу на шаткую ступеньку лестницы, как за спиной что-то оглушительно лопнуло, меня кинуло вперед, грудью на край люка, и свет погас.
Боль была какая-то очень сильная и оттого уже переносилась легко. Ни кричать, ни стонать сил эта боль не оставляла. Боль разлилась по всей спине, словно меня жгли паяльной лампой. Но страшно было не от этого. И даже не от того, что ноги не болели. Точнее говоря, они вовсе не чувствовались, хотя наверняка им должно быть не менее больно.
Страшнее всего было то, что я вообще не мог пошевелиться. Меня по грудь засыпало битым кирпичом, досками и черт еще знает чем. Каска с головы куда-то исчезла – наверное, это ремешком так ободрало подбородок и щеку. И даже руками не пошевелить – я попробовал, но кроме усилившейся боли иного результата не было. Хреново, автомат неясно где, да и до тэтэшника мне теперь не добраться.
