Открыла глаза и увидела Адриана, который сидел на корточках возле меня, брони на нём не было.
— Что? — переспросила, неуверенная в том, что услышала правильно.
— Скафандр снимай, здесь безопасно, я проверил, — повторил наследник и добавил: — Заодно посмотрю, что с ним.
Я с трудом заставила себя встать, мышцы до сих пор горели от нагрузки. Сняла скафандр, оставшись в специальном обтягивающем, словно вторая кожа, комбезе, такой же был и на наследнике. Этот комбез мог впитывать излишнюю и поддерживать необходимую влагу, не давая ей испаряться, а также кратковременно обеспечивал защиту от нескольких видов вредных излучений, но, к сожалению, не грел.
"
"Поэтому в определенный момент, когда напряжение стало проходить, и у меня упала температура тела, нужна была еда и вода, всё-таки в таком режиме расходовать ресурсы организма для человека очень сложно.
Я свернулась в позу эмбриона и постаралась расслабиться. Вдруг мне стало тепло. К спине прижалось горячее тело.
Начав согреваться, я чувствовала, как вздымается грудь Адриана. Слышала биение его сердца.
«Тук-тук», — стало казаться, что с каждой секундой сердце Адриана билось всё быстрее. В какой-то момент я поняла, что и моё собственное тоже ускорило ритм, подстраиваясь под его.
Стало не просто тепло, стало жарко. Его близость обжигала, заставляла задыхаться и будила во мне нечто новое, запретное и грешное.
Чтобы избавиться от этого чувства, спросила:
— Как думаешь, за нами скоро прилетят?
Почувствовала, как Адриан зарылся лицом мне в волосы и прошептал:
— Думаю, что они уже на орбите, ждут ночи.
Он был слишком близко. Преступно нагло накрывал собой. Комбезы ничего не скрывали, и я спиной ощущала его желание.
Память-плутовка подкинула воспоминание нашей первой встречи, когда в распахнувшейся двери каюты на станции я увидела его во всей красе.
Он, будто почувствовав моё состояние, вдруг переместил ладонь мне на грудь, я замерла. Такое странное чувство, когда ты одновременно боишься того, что сейчас произойдёт, и в то же время хочешь испытать это.
Его ладонь какое-то время лежала неподвижно, но заметив, что я ничего не говорю и не сопротивляюсь, осторожно начала поглаживать.
Я прикусила губу, ощутив, что внутри что-то меняется, как будто от его осторожных движений во мне просыпается что-то первобытное, заставляя поджимать пальцы на ногах и ощущать жар в самом центре тела.
