Зеркало сновидений

 — Раз ваш сон не имеет рационального объяснения, похоже, что профессор победит. — Она усмехнулась. — Вы не проводите меня, Ларион Алексеевич? Я первый раз в этом доме и боюсь заблудиться с непривычки.

Пять пар глаз в молчании следили за баронессой Корф, пока за ней и ее спутником не закрылась дверь.

— Очень странная особа, — сказала Машенька, воинственно тряхнув кудрявой головкой. — Признаться, я так и не поняла, что ей от тебя было нужно, — добавила девушка, обращаясь к Оленьке.

— Баронесса Корф — светская дама, — заметил Володя таким тоном, словно излагал доказательство сложнейшей теоремы.

— Возможно, для некоторых светских дам переживания других людей являются просто развлечением, — добавил его брат.

— Я так не думаю, — не удержался Арсений. Он прикусил язык, но было уже поздно.

— Ну разумеется, вы так не думаете, — сказал Володя.

— Вероятно, в Феодосии знатные дамы редко наносят вам визиты, — подхватил Коля, улыбаясь во весь рот.

Арсений побледнел от гнева, но пока он искал слова для ответа, который поставил бы наглеца на место, его опередила Машенька.

— Господа, прошу вас, — сказала она, посылая близнецам предостерегающий взгляд. — Наша подруга умерла, мы все переживаем… Не стоит усугублять положение.

Неожиданно Оленька уронила голову на руки и горько заплакала. Встревоженная подруга бросилась ее утешать.

— Оля… ну Оля, ну ты что? Господа, позовите горничную, Оле дурно…

— Не надо никого звать, — ответила Оленька, вытирая слезы. Она раскраснелась и выглядела по-детски беспомощно. — Она так говорила, словно подозревала меня в чем-то…

— Кто, баронесса Корф? Оля! В чем она может тебя подозревать?

— И какое она вообще имеет право? — подал голос Володя.

— Не расстраивайтесь, Ольга Кирилловна, — сказал Арсений. — Никому в голову не придет подозревать вас в чем-то. Все знали, как вы были привязаны к Лизе.

— Нет, — Оленька удрученно покачала головой. — Я была плохой сестрой. Надо было отобрать у нее платье до того, как все это случилось…

Пока в малой гостиной друзья пытались успокоить Оленьку и наперебой уверяли ее, что ей не о чем беспокоиться, Амалия в сопровождении Лариона дошла до парадной лестницы и неожиданно остановилась.

— Могу я попросить вас об одной услуге, Ларион Алексеевич? — спросила Амалия. — С условием, что все останется между нами, — добавила она.

Студент немного озадачился, но объявил, что он будет рад оказать госпоже баронессе любую услугу, которая в его силах.