Зеркало сновидений

— О, поручик имел просто невероятный успех. Некоторые спрашивали, нет ли у него намерения перевестись из Виленского полка куда-нибудь поближе к столице, и одна дама, родственница Хвостовой, даже пообещала похлопотать по этому поводу. Ему бы быть довольным, что все так складывается, — прибавила Амалия задумчиво, — но у него был растерянный вид.

— А девушка? — спросила Евдокия Петровна.

— Ну, она держалась увереннее, чем раньше, но, по-моему, ей тоже было не по себе. Я хотела поговорить с ней, но она под каким-то предлогом ускользнула и потом избегала меня в течение всего вечера.

— Неужели вы из-за этого так рассердились, госпожа баронесса? — осведомился Сергей Васильевич, пристально глядя на свою собеседницу.

— Нет, разумеется, — усмехнулась Амалия. — Больше всего меня задела людская глупость, или легковерие, как вам будет угодно. На вечере у графини были люди, которых я уважала, люди, которых я считала умными, а они с легкостью купились на… даже не знаю, какое слово подобрать… дешевый трюк, и то будет слишком лестно… И самое неприятное, что я ничего не могла поделать, чтобы вернуть их в чувство.

— Значит, вы считаете, что поручик Истрин и эта девушка солгали? — спросила Евдокия Петровна.

— По крайней мере один из них лжет, — решительно ответила баронесса Корф. — Но это наименьшая из всех проблем. Дальше возникает вопрос, почему сны сбываются и не помогает ли кто-то их осуществлению. Иными словами, не убил ли кто-то Лизу Левашову и не столкнул ли Николая Шанина с лестницы.

— Но зачем кому-то… — начала тетушка.

— Мотивы как раз можно найти, — вмешался Ломов, — но только тогда, когда речь идет о какой-нибудь одной жертве. Другое дело — найти убедительную причину, по которой кому-то понадобилось избавиться и от Лизы, и от студента. — Сергей Васильевич повернулся к Амалии. — Госпожа баронесса, а вы не думали, что мы имеем дело с убийством и с несчастным случаем? То есть произошло преступление, а потом имел место несчастный случай. Или наоборот: сначала несчастный случай…

— Я много о чем думала, — сказала Амалия, хмурясь, — но вот в чем дело, Сергей Васильевич: все началось с разговора о снах.

— Вы упоминали, что мадемуазель Левашова избегала вас, а что насчет поручика? Вы пытались его расспросить?

— Да, хотя обстановка, по правде говоря, не слишком благоприятствовала разговорам — его то и дело отвлекали.