Жаркий, ты достал!

Ева пока даже не думала, как к этой новости отнесется Данил. Лишь бы выкарабкался, остальное… как-нибудь разгребут. Родители с обеих сторон были рады, чего не скажешь про московское начальство.

– Ева Андреевна, ну ты даешь, – возмущался по телефону Роман Олегович. – Ее отправили дела наладить, а она уже мужика нашла и ребенка сделала. У тебя прям организаторский талант!

– Ну извините, – последние две недели Еве было не до шуток. К работе она вернулась, но мысли почти только об одном – Данил. – Через пять месяцев примерно я ухожу в декрет.

– Мда, – тяжело вздохнул Роман Олегович. – Съездила в командировочку. Ну готовь тогда и.о. на подмену, рассмотрим кандидатуры. Обратно-то уже не рассосется.

– Уже точно нет, – едва улыбнулась Ева. – Есть у меня на примете двое…

Через две недели Данила перевели в палату и разрешили посещения. Вездесущая рыжая приносила свежие новости. А главное – достоверные. И теперь Ева знала правильный расклад. Поджога уж точно не было, но за расследование взялись серьезно.

Евке вообще было плевать. Жалко было только что в этой грязной истории оказался замешан Лерин отец. Он проектировал и подбирал материалы, наэкономил на реальный срок, точно зная, что делает. А Лерке рожать уже буквально вот-вот, ей такой стресс очень вреден.

“Ох и ромашку Сергей себе нашел”, – думала Ева, вспоминая жену среднего брата.

И вот сегодня она наконец-то увидит Данила. Ева места себе не находила, опять рыдала, когда сообщили, что он очнулся и все самое страшное позади. Едва дождалась времени для посещений. Пару-раз глубоко вздохнув, взялась за ручку.

Евка вошла в палату и аккуратно прикрыла за собой дверь. Она обвела взглядом больничное помещение, холодное и неуютное, хоть и с приставкой ВИП. В этой маленькой одноместной палате даже телевизор есть, правда, показывающий стандартные эфирные каналы, и Интернет к нему не подключить.

Тихо пододвинула к кровати стул и опустилась на него. К Данилу были подключены какие-то приборы, и от вида проводов она скривилась. Ева на секунду прикрыла глаза, борясь со слезами и подступившей тошнотой. У нее так и не уложилось в голове, как пожарные, имея кислородные баллоны и защитные костюмы, могли получить отравления дымом и ожоги.