Я смогла переключиться, выкинуть из головы свои вечные проблемы и стать на этот вечер той самой Василисой, что была до Ви Эйры, которая умела веселиться и отдыхать. Жаль, что прямо сейчас нельзя к работе приступить, а то вообще великолепно было бы — и делом бы занималась, и времени на ненужные переживания не осталось.
После клуба мы поехали к Тайке, и я, справедливо решив, что меня все равно никто не ждет, и мое отсутствие дома никого не расстроит, осталась у нее с ночевкой. И когда засыпала, подумала о том, что жизнь не так уж и сложна.
Надо просто уметь переключаться и отдыхать, не давая проблемам поглотить себя с головой.
Глава 14"
"Он стоял на краю отвесного утеса, уходившего вниз, терявшегося в темной мгле. Живой, беспросветной, ставшей пристанищем для миллионов демонов и жутких тварей. И надо бы повернуться и уйти, не оглядываясь, но не хватало силы воли отвернуться, отвести взгляд в сторону. Стоял, низко опустив голову, всматриваясь в клубящуюся мглу, чувствуя практически непреодолимое желание сделать шаг вперед, сорваться вниз, камнем пролетев сотню метров, а может тысячу километров.
Тьма, карабкающаяся вверх по каменистым выступам, настойчиво звала, не отпускала. Мерзким голосом нашептывая: ""Ты мой, тебе не уйти"".
И он действительно не мог уйти, ноги приросли к земле, и тело не хотело слушаться, обреченно ожидая, когда темные когти поднимутся еще выше, вцепятся в плоть и утащат вниз, во тьму.
Черные покореженные пальцы с обуглившимися ломаными когтями выныривают из пустоты, впиваясь в камень, царапая его, разрезая словно подтаявшее на солнце масло.
Еще миг, и на поверхности появится мерзкая, испещренная рытвинами язв, морда, но Тимур ее уже не видит. Просыпается, до хруста сжав кулаки, шальным взглядом осматриваясь по сторонам.
Он у себя, в маленькой, скромно обставленной комнате. В своей кровати, к которой за последние месяцы успел привыкнуть.
Прикрыв глаза, потер лицо руками, пытаясь прийти в себя после тяжелого сна. Внутри творилось что-то непонятное, странное, тревожное.
Насколько он вчера был рад скорому освобождению, настолько сегодня был равнодушен, будто кто-то вывернул ручку, отключив все чувства и эмоции.
По венам струилось спокойствие, но не светлое и радостное, способное приподнять над землей и сделать день ярче, а тяжелое, давящее на грудь.
Вчера казалось, что путь до свободы займет всего два шага. Раз. Два. И эта пара месяцев пролетит, распахнув перед ним двери в свободу.
