Потом подобралась. Потом, когда отвесил особо едкую фразу, изумленно спросила:
— Тим, ты чего?
— Ничего, — пожав плечами, вышел из-за стола. Молча убрал за собой и отправился в гостиную, потому что понимал: все, финиш. Сейчас не сдержится.
Взгляд, как специально, снова притянулся к статуэтке, отчего внутри вскипело. К черту все!
— Что произошло? — требовательно спросила она, стоя у него за спиной.
— Я же сказал. Все хорошо! Просто за*бись!
— Тим? — ее голос испуганно дрогнул. Чу осторожно взяла его за руку, и потянула, разворачивая лицом к себе.
Он и не сопротивлялся. Развернулся, смерив ее насмешливым взглядом, — что случилось?
— Еще раз повторить? Все хо-ро-шо!
— Чем ты без меня занимался? — не унималась она, пытаясь добраться до причин происходящего.
— Это допрос? — вопросительно поднял одну бровь, складывая руки на груди.
— Нет, — она растерянно моргнула, — я просто спрашиваю…
— Тогда ответ тебе уже известен. Все отлично. Если интересуют подробности, то дела переделал, поел, посидел, подумал.
— О чем? — осторожно поинтересовалась девушка.
— О разном, Василис. В основном о том, как же мне тебя жалко. Совсем бедняга измучилась. Тяжело, наверное, довольствоваться суррогатом, когда оригинал больше не доступен? Что ни день, то мучение, да?"
"Она изменилась в лице, когда поняла о чем идет речь. С укором посмотрела в его сторону, только если надеялась достучаться до его совести — зря. Совесть молчала, как убитая. Поэтому продолжал, не обращая никакого внимания на то, как она мрачнеет.
— Я даже не представляю, каково тебе бедной, терпеть рядом с собой такое недоразумение.
— Тим!
— Это, наверное, как чай с горьким заменителем сахара, да? Или еще хуже. Я бы провел аналогию с игрушками для взрослых, да извини, гордость не позволяет!
— Тимур! Прекрати, пожалуйста, нести этот бред, — ее голос дрожал от негодования, — если ты думаешь, что я буду постоянно терпеть вот такие твои заскоки, то глубоко ошибаешься!
Она злилась. Стояла напротив него, сжав кулаки.
Грудь тяжело вздымалась в такт надрывному дыханию.
— А что я такого сказал? Только правду.
— Какая правда?! — Василиса всплеснула руками, — ты о чем, Тим? Да, я не буду отрицать, что любила Майлза, и была с ним на седьмом небе от счастья.
Скрипнул зубами, еле сдерживаясь, чтобы не встряхнуть ее.
— Но это было давно!!! Уже несколько лет прошло, с тех пор как он погиб! Да, он навсегда останется в моей памяти, как человек, который был мне дорог.
