Но вместо этого лишь пожала плечами.
— Понятно, — на выдохе, недовольно покачав головой, подвел неутешительный итог, — со мной просить ехать бесполезно?
Просто кивнула, снова отпивая кофе.
Он все правильно понял, просканировал, реально оценивая положение вещей. Не поеду с ним никуда, ни за что. И его сына, надеюсь, больше никогда не увижу. Хватит с меня этих игр. Надоело. Мне домой пора возвращаться, и так в этом аду слишком задержалась.
Мы еще немного посидели, ведя строгий деловой разговор, а потом покинули кафе.
На выходе скупо попрощались, я попросила кое-что передать Тиму, снова получив недовольный взгляд, и затем каждый направился в свою сторону. Барсадов — за Тимуром, а я пошла прочь, в сторону космопорта, не оглядываясь, не думая ни о чем, и даже, наверное, уже ни о чем не жалея.
А чего жалеть? Все. Конец истории.
Полет не помню совершенно — у меня был билет в зону сна. Не хотелось несколько дней сидеть в замкнутом пространстве и думать, терзая себя воспоминаниями, поэтому, не мешкая ни минуты, как только на табло загорелся зеленый индикатор, нажала кнопку погружения.
Все, спать. Глубоко. Без сновидений. То, что надо.
И вот Актея. Родная, до боли знакомая. Я так хотела сюда вернуться, но не могу даже порадоваться нормально. Проклятая пустота в груди сжигает все эмоции.
Покинув космопорт, иду на станцию ниробасов. Сажусь на тот, который идет до моего города и снова зависаю, глядя в окно на пролетающие мимо пейзажи.
Пара часов в пути, стремительно скользя над идеально гладкой дорогой, и я оказываюсь дома.
Распахнув дверь, в нерешительности замираю на пороге.
Давно я здесь не была. Полгода прошло с того злосчастного дня, как ушла на работу, чтобы открыть серую папочку. И вот вернулась. В физическом плане здоровая, здоровее не придумаешь, а вот в эмоциональном — полный провал.
Прошлась по комнатам, вспоминая, где у меня что.
В спальне форменный беспорядок — дверцы шкафа распахнуты, что-то валяется на полу, что-то на кровати. Ящик, в котором всегда хранила документы — выдвинут полностью, даже повис в пазах, опасно накреняясь к полу.
Чуть улыбнулась. Это Никита хозяйничал, торопливо собирая мои вещи перед отправкой в центр Августовского. Прошелся как ураган, разворотив все кругом, не думая о том, что потом придется убирать.
Аппетита не было, поэтому просто начала убираться: складывать вещи, наводить порядок, потом запустила робота-уборщика.
За полгода дом опустел, выстыл, одичал, и теперь надо было его реабилитировать. Оживлять.
