Желание

– Я просто беспокоюсь за тебя, Маргарет.

– Мэгги, – напомнила я, зная, что мама зовет меня полным именем только в тех случаях, когда тревожится. – И тебе вообще незачем беспокоиться обо мне.

– Ты забыла, почему здесь очутилась?

Ее вопрос уязвил меня, напомнил, что я навсегда останусь дочерью, которая опозорила ее.

Она кивнула, помолчала и бросила взгляд вниз.

– Еще почти ничего не заметно.

Я машинально прижала ладони к животу.

– Свитер, который ты купила, все скрывает.

– Это брюки для беременных?

– Пришлось купить их в прошлом месяце.

Она улыбнулась, но было видно, что она опечалена.

– Знаешь, мы ведь скучаем по тебе.

– И я по вам, – в этот момент я сама верила в то, что говорю, хотя мама порой вела себя так, что верить становилось слишком сложно.

Общение с отцом получилось таким же неловким. Почти весь четверг он провел с тетей, вдвоем они или сидели за кухонным столом, или стояли на веранде за домом, у воды. Даже за ужином он обращался ко мне разве что с просьбами вроде «не передашь мне кукурузу?».

Усталые после поездки, а может, измученные стрессом, мои родители вскоре после ужина уехали к себе в отель.

Вернувшись на следующее утро, они увидели нас с Брайсом, занимающихся за кухонным столом. После краткого знакомства – Брайс был обаятелен, как всегда, мои родители сдержанно изучали его, – они устроились в гостиной, негромко переговариваясь, а мы продолжили заниматься. Но, несмотря на то что я опережала программу, присутствие родителей здорово нервировало меня. Все происходящее выглядело дико, и это еще мягко сказано.

Брайс уловил напряженность, и мы договорились закончить сегодня пораньше, к обеду. Если не считать тетиного магазина, поесть в окрестностях можно было лишь в нескольких заведениях, и я остановила выбор на ресторане «Пони-Айленд». Раньше я там никогда не бывала, и хотя кормили у них только завтраками, родители не стали возражать. Я выбрала тост по-французски, мама тоже, а папа – яичницу с беконом. Потом они заглянули к тете в магазин, а я вернулась домой вздремнуть.

К тому времени, как я проснулась, мама о чем-то разговорилась с тетей Линдой, уже вернувшейся с работы. Папа пил кофе на веранде, и я составила ему компанию, усевшись во второе кресло-качалку. Первой моей мыслью было, что таким подавленным папу я еще никогда не видела.

– Как дела, папа? – спросила я, притворяясь, будто ничего не замечаю.

– Все в порядке. А у тебя?

– Немного устала, но это нормально. Если верить книге.

Он бросил краткий взгляд на мой живот.