Желанная

Чем ближе подъезжала повозка к воротам, тем сильнее я нервничала. Затем донесся окрик дозорного. Мы остановились."

"— Ты куда это на ночь глядя собрался? — спросил дозорный у возничего.

— Да вот, старая ведьма, велела отвезти в деревню медовухи, чтобы отметили приезд ее любимчика, — недовольно проворчал возничий. Я впервые слышала его голос. Приятный, но чувствуется возраст.

— Медовухи, говоришь, — заинтересовался дозорный.

— На, возьми немного себе и товарищам, — мужская рука нырнула под покрывало, пошарила около моей голову и, нащупав заранее припасенный бутыль, вытащила его.

 — Выпьете за здоровье младшего Арвида.

— Это мы завсегда с радостью.

Раздался стон механизма, открывающего ворота. Я выдохнула с облегчением — дозорный ничего не заподозрил. Но в следующую секунду сердце застучало с удвоенной силой, я услышала знакомый голос.

— Стойте! — Никласа узнала мгновенно. — Я хочу осмотреть повозку.

Шаги юноши приближались. Я испуганно сжалась, но деваться было некуда.

Никлас ухватился за край покрывала и откинул его.

Совсем немного, но достаточно, чтобы увидеть меня и Ивара. Наши с юношей взгляды пересеклись. Наступила немая сцена.

Я первой пришла в себя и приложила палец к губам, умоляя не выдавать нас. Повозка стояла так, что дозорный не видел ее содержимое. Все зависило исключительно от Никласа. Он мог спасти меня, а мог погубить.

— Ступай, — юноша обернулся к дозорному, — дальше я сам.

Тот не возражал. Вероятно, решил, что юный воин хочет взять свою плату. Кто откажется от медовухи?

Едва дозорный отошел на безопасное расстояние, Никлас спросил:

— Почему?

Он стоял напряженный, держа край покрывала так, чтобы случайный прохожий не заглянул в повозку, а ведь мог уже поднять переполох, но тянул, чего-то ждал.

Я сочла это добрым знаком.

— Ради него, — прошептала, обнимая сына. — Здесь его убьют.

— Торвальд знает?

Я не ответила. Никлас истолковал молчание верно и нахмурился еще сильнее. Он как будто стал лет на десять старше, такое грозное у него было лицо.

Я приподнялась, обхватила юношу рукой за шею, и, притянув его к себе, прошептала на ухо:

— Помнишь, ты сказал, что сделаешь для меня все.

На край света поедешь, сразишься с сотнями врагов, — повторила его собственные слова. — Не надо никуда ехать. Просто дай мне уйти.

Юноша дернулся. Стрела угодила в цель. Следом он решительно поджал губы.

— Разрешите поехать с вами и защищать вас, — сказал он.

Это было очень заманчивое предложение, но оно грозило Никласу гибелью.