Жемчужина Лабуана

Вопли и крики усиливались, разносясь по кварталу и призывая на помощь других китайцев, двое из которых были вооружены старыми аркебузами. Несколько смельчаков, которых явно подстрекали товарищи, попытались войти, но при виде пистолетов, которые навел на них португалец, поспешно ретировались.

– Забросаем его камнями! – предложил кто-то.

– А моя харчевня? – застонал хозяин.

Но его уже не слушали.

– Камни, друзья! Давайте камни!

Град булыжников обрушился на харчевню, сшибая лампы, разбивая бутылки, колотя кувшины, блюда и вазы.

Португалец, видя, что скандал заходит слишком далеко, разрядил на всякий случай в воздух оба пистолета. Эти выстрелы вызвали в ответ два аркебузных, но, впрочем, без особого успеха, если не считать, что шума в квартале стало еще больше.

Но вот откуда-то справа послышался топот сапог, и несколько голосов закричали:

– Дорогу!.. Дорогу!.. Солдаты раджи!

Португалец перевел дух. Этот шум, эти палки и ножи, мелькающие в воздухе, этот град булыжников и аркебузы, эта остервенелая, продолжающая все прибывать толпа начинали беспокоить его.

– А теперь довершим дело, – сказал он себе.

Он кинулся к столу и с шумом опрокинул его, разбив все бутылки, вазы и кувшины, стоявшие на нем.

– Арестуйте его! Арестуйте его! – вопил трактирщик. – Он меня разорил. Этот белый переколотил у меня всю утварь!

– Дорогу страже! – закричали в толпе.

Толпа раздалась, и на пороге харчевни появились два темнокожих человека, высокие, крепкие, одетые в белое, с кортиками в руках.

– Назад! – закричал португалец, наставив на них пистолеты.

– Европеец! – воскликнули удивленные стражи.

– Говорите по-английски, – сказал Янес.

Стражи воткнули кортики в ножны.

– Мы не собираемся сделать вам ничего плохого, – сказал один из них. – Мы на службе раджи Брука, вашего соотечественника.

– А что вам нужно от меня?

– Освободить вас от этой толпы.

– И спровадить меня в какую-нибудь каталажку?

– Об этом будет думать раджа.

– Вы отведете меня к нему?

– Если так, я пойду.

От раджи Брука я плохого не жду.

Стражи стали у него по бокам, снова обнажив свои кортики, чтобы защитить его от ярости китайцев, которая достигла предела.

– Дорогу! – закричали они.

Китайцы, распалившись от своего численного превосходства, не подчинились этому требованию. Они хотели во что бы то ни стало повесить европейца, нанесшего им самим столько оскорблений, а их соотечественнику столько вреда.

Однако стражи не растерялись.