Жена Берсерка

— У тех, кто меня позвал, их нет, — ответил Харальд, щурясь и пытаясь разглядеть, что там на льду. — И мы им будем видны, а они нам нет. Только подсветим себя без толку. Хотя…

Не будь здесь Сванхильд, подумал он, сбегал бы и посмотрел. Но ее не оставишь без присмотра — и после истории с Кресив никому не доверишь…

Харальд вскинул руку, свободную от секиры, распорядился вполголоса:

— Кольскег, где ты там? Мне нужен твой лук. Стрелы с обмоткой есть? Если что, возьми у других. И прихвати огня. Потом ко мне.

Он дождался, пока воин, взяв подожженное от кострища полено, подойдет к нему. Приказал:

— Целься туда, куда я покажу. Там на льду что-то есть.

Кольскег согласно хмыкнул. Повозился, передавая горевшее поленце Свальду и накладывая на тетиву стрелу с берестяной обмоткой. Харальд вытянул руку, указывая. Лунный свет как-то странно блеснул на коже ладони. Он нахмурился…

Но стрела уже свистнула, улетела вдаль, рассыпая искры.

Кольскег посылал одну стрелу за другой. Они падали на лед, обмотка на тонких древках разгоралась, высвечивая выглаженное пространство, разрисованное синими тенями.

Харальд различил крохотные фигурки, рядами лежавшие на озерном льду.

— Люди? — удивленно пробормотал стоявший рядом Свальд. — Мертвые, что ли? Валяются как трупы…

Харальд молча пересчитал тех, кого мог рассмотреть. Восемь человек, неровно разложенных в три ряда. И еще что-то виднелось чуть дальше, на краю освещенного пространства.

Он медлил, рассматривая то, что высвечивали догоравшие стрелы.

Подумал — так вот почему поскрипывал снег. Тела — или все еще живых людей? — раскладывали по льду.

— Побереги стрелы, — буркнул он Кольскегу. — Свальд, твоя добыча у тебя на руке?

— Да, — чуть ли не радостно ответил брат. — Что, сходим на озеро? Посмотрим, что там…

Харальд скривился. Свальду все не впрок — и даже рукавица, содранная с руки Тора, лишь наполнила его излишней самоуверенностью. Причем не вовремя.

Он помолчал, прикидывая все.

Кто-то подстроил все так, что он ночью оказался на этом озере.

Тела на льду… жертвы? То ли мертвые, то ли просто равнодушные ко всему. Свальд говорил о неожиданно навалившемся безразличии, когда рассказывал о встрече с Тором.

— Харальд, — вдруг сказал брат. — Что-то ты… вроде как светишься. Немного, но…

Значит, ему не показалось. Харальд вскинул руку — кожа густо белела во мраке. И едва заметно светилась, но пока что не серебром, а лишь вымороженной белизной.