Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

Снег с дождем ложились на изумрудную траву, пробившуюся вдоль тропинки. Странное зрелище… но на юге так бывает.

Меня усадили на заднее сиденье, няня передала ребенка. Сын – мой маленький Эмиль, не понимал, что происходит, голубовато-серые глаза серьезно смотрели на меня из мехового конверта.

Барабанная дробь дождя на лобовом стекле звучала обыденно и равнодушно. Как после этого жить? Мой единственный, любимый мужчина ушел, жестоко убитый, и этому чертовому миру наплевать. И врагов нет – с собой забрал, иначе я бы вычислила всех до одного и уничтожила, как бешеных собак.

– Как вы? – няня, добрая девушка, искренне смотрела мне в лицо. Им всем меня жаль. Я с изумлением поняла, что чувствую себя старше на пятьдесят лет: измученной, больной, ни во что не верящей.

Как я могу быть? Что ей ответить?

Люди не сразу понимают и принимают правду. Сначала она тебя оглушает, затем лишает остатков разума. Я вернулась на кладбище ночью: не смогла поверить в его смерть. Что он там, под землей, а я еще здесь, дышу, плачу, живу.

Помню, как бродила по тропинкам ночного кладбища, словно дикарка. Смотрела на все через призму своей боли. Мир казался уродливым и ненужным.

Пришла в себя стоящей перед памятником на коленях. В темноте она выглядела покинутой. Погасшие свечи, цветы в грязи. Уже завтра у роз появится сладковатый запах смерти из-за гниющих лепестков.

Из мрака на меня безмолвно смотрел Эмиль – с фото на памятнике. Как привидение. В нарисованных глазах мерещилась любовь, я мечтала поговорить с ним.

Да нет же, вру себе.

Конечно, я помню, почему сбиты пальцы.

– За что?! – прокричала я в нарисованное лицо. – За что ты меня бросил?!

На кладбище ночью не так, как днем. Здесь никого нет, кроме отчаявшихся и безумных.

Я только что отбрасывала холодные комья земли и рыдала, понимая, что мне его не отрыть.

– Я люблю тебя! – прокричала я этим глазам. – Ты обещал, что все будет хорошо! Ты всегда меня обманывал! И когда мы встретились, ты обещал любовь, сказал, все будет здорово, а они меня… Ты говорил, что все исправишь! Лжец! Подонок!..

Я промокла, сорвала голос, знала, что мужа не вернуть, но не могла уйти. Будто это означало по доброй воле проститься навсегда.