Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

– Если вам что-то нужно, даже просто побыть рядом или почитать вслух, я буду рада помочь…

Все ясно, направили мне в компаньонки, чтобы я не свихнулась одна.

– Спасибо, не нужно.

– И я хотела сказать… Мы с Антоном часто вместе, и… – каждое слово давалось Алене с трудом. – Простите меня, пожалуйста, я в тот вечер была в ресторане. Я видела вашего мужа, он… Он ненадолго там остался, уехал вслед за вами почти сразу.

– Не надо, – попросила я, чувствуя, как щеки колет пунцовым стыдом. – Это ведь он попросил вас? Лучше скажите, Антон что-нибудь рассказывал? Что с Воронцовым?

– Его арестовали и… – Алена поежилась, обхватив плечи руками, но с облегчением сменила тему.

На месте Жанны я бы уехала как можно дальше и молилась бы, чтобы псы моего мужа не пришли по ее следу.

– Если действительно хотите отблагодарить, – тихо сказала я. – Отдайте свой телефон и никому ни слова об этом.

Глаза Алены стали беспомощными.

– Пожалуйста, – попросила я. Поколебавшись, она отдала телефон.

Когда Алена ушла, я закружила по комнате. Телефон нужно спрятать, персонал ничего не скажет, но трубку тихо изымут, а на вопросы будут пожимать плечами. Это моя единственная – очень нужная ниточка с внешним миром. Вчера я говорила с врачом. Мне назвали предполагаемую дату родов – двадцать девятого декабря. Почти через два месяца.

Место для телефона я выбрала под матрасом, и прежде чем спрятать, проверила контакты. «Любимый» это, думаю, Антон. Позвоню перед вечерним обходом.

Два месяца – это немного. И чем ближе срок родов, тем сильнее я беспокоилась о будущем. Я не знала, что буду делать, но понимала, что не хочу глотать обиды и делать вид, что ничего не случилось – просто от безысходности, потому что не выживу одна с ребенком. Наследник Эмиля – это не просто слова, он навсегда приковал меня к мужу. Его слабое место, объект кровной мести для Бестужева.

После обеда я прилегла подремать, а когда проснулась, уже вечерело. Не вставая, я позвонила Антону.

От тепла в голосе, предназначенного другой, на глаза навернулись слезы.

Антон узнал мой тусклый голос.

– Госпожа Кац, – вздох. – Вам что-то нужно?

– Эмиль говорил, пока он в тюрьме, мне ничего не грозит. Но теперь он вышел. Я хочу знать, чем он занимается.

Когда-то мы помогли друг другу, с тех пор Антон меня уважает чуть больше, чем просто «жену Эмиля».

– Вам не о чем беспокоиться. В основном бизнес-интересы, – сообщил тот. – Помирился с братом.