Вернулась.
Обернулась к Хану, он смотрел на меня и на свою дочь, потом кивнул на окровавленого Октая, чтоб его унесли, а сам направился в сторону дома. Теперь мой муж знает, что я не виновата, но что от этого изменилось и изменится ли?
— Верааа. Ты вернулась. Вернеулааась. Мне сказали ты сбежала, сказали никогда не придешь. А я ждала. Я все время тебя ждала.
И заплакав, обняла меня за ноги, прижимаясь мокрым личиком к моим бедрам. Тамерлан больше не обернулся тяжелой поступью он шел к дому, а уже через несколько минут уехал.
***
— Эрдэнэ отказывалась есть. Все это время, пока тебя не было — она не ела.
Зимбага провела расческой по моим волосам.
— Он купил ей кучу игрушек все было вышвырнуто в окно. Она требовала вернуть тебя обратно.
Пока женщина говорила я видела перед глазами треугольное личико Эрдэнэ, залитое слезами и мое сердце сжималось от жалости. Все будет по-другому. Она больше не заплачет от одиночества. Я рядом. Я вернулась и больше никогда не уйду.
Посмотрела на Зимбагу и кокетливо поправила лямку белого нижнего белья.
Я еще ни разу его не надела с тех пор как Хан выбрал его для меня несколько недель назад. Оно казалось мне слишком развратным, слишком прозрачным и вызывающим. Вера не такая. Вера скромная девочка и она не умеет соблазнять мужчин. Но я больше не она… я буду другой, стану другой для него.
— Как ты думаешь ему понравится кружево?
Женщина перевела взгляд на мои плечи, на едва прикрытую тоненькой паутинкой грудь, бурно вздымающуюся от волнения и предвкушения наступления вечера.
— Хан знает, что я не виновата и… и теперь все будет иначе. Теперь все должно вернуться…правда?
С надеждой посмотрела на Зимбагу, но та как раз складывала расческу в ящик комода.
— Ты вся ему нравишься, чтобы ты не надела. — не глядя на меня сказала она, а потом все же ободряюще улыбнулась мне через зеркало.
Я впервые готовилась к его приходу, впервые волновалась так, что перехватывало горло и дрожали колени, впервые ждала его и прислушивалась к каждому звуку снаружи.
Не подъезжает ли его машина. Не слышны ли шаги на лестнице. Принимала разные позы на постели, то разбрасывая волосы по подушке, то собирая их на одну сторону, спуская лямку с плеча, оголяя ногу, то бедро, то кусочек груди. Чтобы воспламенило его больше всего?
Не выдерживая, я нервно подбегала к окну, прижимаясь к нему пылающим лицом, всматриваясь вдаль. Пока не увидела пыль вдалеке и свет фар. А вот и он…возвращается домой. Ну и что, что так поздно. Плевать.
