— Я не подумал, извини.
— Все нормально.
Спустя неделю валяться в клинике мне окончательно осточертело, Астахов продолжал водить Архипова за нос, по мнению Архипова я уже одной ногой в могиле и никакая сила меня оттуда не вытащит. С каждой новой «инъекцией» мне становилось все неспокойнее, как только Марк «закончит» свое дело, Костик переключится на Сашу. В том, что он в курсе подробностей моего ""завещания"" я не сомневался, а в том, что этот жадный ублюдок захочет запустить в мое имущество свои лапы и подавно.
А потому послав Астахова и остальных с их нотациями куда подальше, приказал привезти мне одежду, я должен контролировать ситуацию, а не валяться бревном в постели, пока моя жена выворачивает очередной финт с ушами.
— Ты с ума сошел, — не сдавалась Саша, — нет, ты никуда не поедешь, тебе пока нельзя….
— Хватит, — рявкнул я, — ты больше ни шага без моего ведома не сделаешь, к цепи на хрен пристегну и запру на все замки, что есть в доме, если ослушаешься.
— Только попробуй, — зашипела жена, — посмотрим, кто из нас быстрее на цепи окажется.
Ненормальная, абсолютно сумасшедшая женщина, сейчас, с растрепанными волосами и горящими от ярости глазами она была совершенством, моим невменяемым совершенством.
— Мы едем домой, — отчеканил я.
— Как ты себе это представляешь, — вздохнула жена, — Архипов считает, что ты уже овощ, за клиникой, наверняка следят, кроме Астахова в твою палату никого не пускают, но за пределами клиники ты будешь на виду.
— Прекрати держать меня за идиота, Александра, — мне этот спор начал надоедать, — никто не узнает, что я покинул клинику.
— Ты невыносим, — наконец сдалась Саша, — если с тобой что-нибудь случится, я тебя собственноручно придушу.
— Взаимно.
Саша"
"Дима бы не был Димой, если бы не оставил за собой последнее слово. Женаты меньше трех месяцев, а мне уже его придушить хочется. Без него прекрасно справлялись, пока он в отключке лежал, я даже хотела попросить Марка вколоть ему чего-нибудь, чтобы еще повалялся. Но даже под угрозой смерти, Астахов бы этого не сделал, меня он, конечно, опасался, но гнева Демина боялся в разы сильнее.
Ничего не оставалось, пришлось вывозить Диму из клиники под покровом ночи.
— Я все еще не согласна с твоим решением, — продолжила капать ему на мозг, когда мы оказались дома, — это неразумно и вообще, ты..
Договорить мне не дали, Дима резко притянул меня к себе и впился в мои губы, черт побери, знает засранец, что это единственный способ закрыть мне рот.
