Смотрела в грозное лицо Давида и не понимала: он действительно так считает или прикалывается?
Она потопталась на месте, соображая, как бы деликатнее ответить. Однако деликатно все равно не вышло:
– Попей таблеток для улучшения памяти, милый! Мы больше не женаты! Ты сам со мной развелся… И ладно бы просто развелся, по-человечески…
– А можно развестись по-звериному? – прогудел Охикян.
– Можно! Так, как ты это сделал, – очень даже по-звериному! Украл мой паспорт, свидетельство о браке, все делал втихаря, а теперь я тебе снова жена? Офонареть просто!
Давид сложил руки на груди, смерил Яну тяжелым взглядом.
– Тебя это так обидело? Я заглажу вину! – заявил он уверенно. – Но лично для меня никакие бумажки не имеют значения. Ты в моем сердце жена, а это поважнее всяких там свидетельств о браке.
Последнее он сказал очень выразительно, а потом вдруг разомкнул руки, постучал ладонью по груди в районе сердца. И повторил для верности:
– Вот ты у меня где.
"
"Яна снова собралась поспорить, но тут заметила, как из-за дома вышли двое крепких парней в черной униформе. Подметила, что у каждого было по наушнику. «Рации», – тут же сообразила она. Еще заметила кобуры с оружием у них на поясе. Мужчины обошли Давида с Яной, демонстративно встали возле ворот и замерли.
Похоже, новая охрана. Это что же? Это ее не пустят на улицу, что ли?
– Ты совсем рехнулся? Я домой хочу! – взвизгнула она.
– Ты мать моего ребенка, – процедил Давид, явно теряя терпение.
– И ты останешься под крышей этого дома, где о тебе позаботятся. Ясно?
В этот момент Яне очень захотелось стащить с ноги кроссовок и надавать им Охикяну по мордасам. А она еще думала – хорошо, что узнал про ребенка, станет отличным папкой. Вот оно ее «хорошо», потихоньку начинало выходить боком. Похоже, у будущего папки на фоне заботы о потомстве напрочь снесло крышу.
– Яночка, успокойся, пожалуйста, – начал Давид примирительным тоном.
– Пойми, я действую в твоих интересах. Здесь ты ни в чем не будешь знать отказа, о тебе позаботятся. Ты сможешь сосредоточиться на вынашивании нашего ребенка, остальное пусть тебя не волнует. Разве ты не этого хотела? Сама сказала, желаешь спокойно жить…
Яна чуть на месте не подпрыгнула от возмущения. Вот, значит, как он понимает спокойную жизнь?
И тут вдруг двери особняка открылись.
На пороге дома показалась Гаяне.
