– Наш секрет, – шепнул Андре, на миг увидев тени мощных лип и раскидистых каштанов, услышав запах свежей листвы и влажной земли, шелест листьев и посвист птиц.
Зеленая изморозь вновь покрыла всю библиотеку, только на сей раз замысловатые узоры почти сложились в буквы, и Андре почти успел их прочитать… И тут голова закружилась, в глазах потемнело.
– Хватит. – Де Грасси махнул рукой, и все исчезло. – Нетерпеливый мальчишка, все-то тебе сразу. Иди уже.
Андре и сам понял, что перестарался, когда едва не рухнул на пороге собственной комнаты.
А ехидный смешок ему определенно померещился. Не стал бы Шарлемань над ним смеяться! Или стал бы, старый мерзавец?
С этой мыслью Андре проснулся. Свежий, бодрый и полный сил. Правда, без малейшего желания общаться с Морисом, да и с кем-либо еще тоже. Судя по солнцу за окном, полдень уже миновал, а судя по стопке газет на тумбочке у кровати – кто-то не терял времени даром и подсунул Андре выборку всякого интересного."
"И кто бы сомневался, что на первой странице верхней газеты красовались юная Аурелия де Мортале и не совсем юный князь Волков.
Светская хроника смаковала прелесть невесты, ее немыслимого размера приданое и политические выгоды от союза русского князя и наследницы одного из самых древних родов Франкии. О том, что род старше императорского раз в пять, газета не осмелилась даже намекнуть, но между строк это отлично читалось. А вот «дорогой племянницей» император назвал Аурелию вполне открыто, и его поздравления молодым приводились дословно.
И во всей статье, как несложно догадаться, не было ни слова о даре Аурелии. Зато превозносилась ее набожность и верность Франкии, а также выражалась надежда, что сыновья князя Волкова унаследуют и усилят его бесценный природный дар.
Дочитав, Андре скомкал газету и бросил на пол. Но тут же опомнился, пнул бумажный комок в камин и поджег. В Пале-Рояль не один призрак, обожающий подглядывать. Здесь полно людей, которым интересно все – от нечаянно оброненных императором слов до содержимого ночного горшка последнего конюха.
Так что прежде, чем позвонить в колокольчик и вызвать слугу, чтобы тот принес завтрак и помог одеться, Андре сунул оставшиеся газеты в ящик тумбы.
День прошел немного как в тумане. Даже Морис, которого Андре сопровождал в поездке в банк, заметил неладное.
– Ты здоров, друг мой? Выглядишь слишком задумчивым.
– Здоров. Благодарю за беспокойство, сир.
– Мне кажется, ты утомился. Отдохни, развейся. Сегодня я обойдусь без тебя.
