Жена в наследство. Книга 2

И вместе с тем мне не давала покоя одна странность, которую удалось осознать не сразу, но как только та ясно вспыхнула в голове.

Чувство опасности затмило все остальные. Я не понимала, где сейчас Паулине.

Вдруг меня просто схватили за плечи и рванули назад. Не давая больше приблизиться. Я развернулась, вскидывая руку, но позади никого не оказалось.

– Хватит, Паулине, – попыталась дозваться угрожающе молчащей девушки.

Она дышала где-то рядом. Словно порождение Пустоши, невидимое за пеленой вечного тумана.

Но я не Страж, чтобы отразить любое нападение.

Я только человек, который заблудился и уже не понимает, на какую дорогу хочет свернуть. Я провела рукой вокруг себя, пытаясь хоть немного разогнать непроглядную муть. Короткое движение за спиной – и в мою шею вжался точно раскалённый шнурок, сдавливая, раня кожу. Я запрокинула голову, цепляясь за него пальцами.

– Пойди прочь, – прошипела Паулине над ухом, натягивая удавку сильнее.

И тут я распознала, что соприкасается со мной, пытаясь удушить. Тот самый поводок силы Ключа, который Паулине оставила при себе.

Только сейчас сила Знака не могла никому помочь – лишь орудие в руках свихнувшейся на своей обиде девицы. Хлыст, которым она ударяла то меня, то Хилберта раз за разом всё сильнее.

– Ты убьёшь меня, – прохрипела я, всё ещё пытаясь содрать с шеи дерущий кожу ремень. – Убьёшь тело. Оно не выдержит нашей борьбы.

– Я не вернусь туда, слышишь? – Паулине коснулась губами моего уха.

– Всё должно встать на свои места.

– Там не моё место. А здесь – уже не твоё.

Разве ты не видишь?

Показалось, моя кожа сейчас начнёт плавиться или расползаться от страшной силы давления. Я вновь посмотрела на своё тело сквозь небольшое окошко зеркала: наверное, висящего над раковиной в палате. Писк приборов стал чаще и громче. Всполошилась мама на своём месте и вдруг вскочила и выбежала прочь. Засуетилось всё вокруг, замелькали белые пятна халатов. Стало трудно дышать, перед глазами встала серая пелена.

– Отпусти. Так только станет хуже, – обратилась я к Паулине уже, кажется, мысленно, а не вслух.

И вдруг увидела. Как слепой чувствует кончиками пальцев и читает особые символы – я увидела их внутри удавки на моей шее. Присмотрелась, пытаясь разобрать на части, разглядеть каждый в отдельности, чтобы понять, осознать, уложить в голове. И резь поперёк горла начала ослабевать.

– Ей нужна ваша сила, – вздохом пронеслось в невидимой мне дали.

– Я сделаю всё, что нужно, – россыпью холодных камней прозвучали слова Хилберта.