Любовь — великое чувство, Николетта, дар, который надо хранить и беречь. Но самую страшную боль может причинить лишь тот, кого мы любим. Будь Мейн-оир тебе безразличен, все было бы иначе.
Я кивнула, давая понять, что услышала её слова.
— Ты не переживай, дорогая, мой сын об этом не знает. Догадывается, надеется, но точно не знает. И это хорошо. Ему полезно понервничать.
— Допустим, вы правы, и я действительно люблю вашего сына, — осторожно произнесла я, — только допустим. Это все равно ничего не меняет. Он использовал меня и лгал.
— Ты сомневаешься в его чувствах, не так ли?
— У меня есть на то причины.
— Да-да, те самые секретные, — понимающе кивнула свекровь. — Я знаю своего сына, Николетта. Он любит тебя, иначе не стал бы лгать.
«Любит…»
Я мысленно произнесла это чувство, пытаясь понять, что ощущаю.
Ничего.
Не верю. И не хочу верить.
— Интересная у вас логика, Мэлоэ-аин, — грустно хмыкнула я, убирая влажные пряди за спину, — разве любовь может строиться на лжи? Мне казалось, что главное — это доверие.
А вы говорите, что Мейнор лгал, потому что любит. Извините, но это неправильно.
— А кто сказал, что мой сын идеален? Все совершают ошибки. Но именно из-за своих чувств мой сын так боялся признаться тебе, тянул до последнего.
Нет, не убедила.
— Мейнор не любит меня, — упрямо повторила я.
— Любит.
— Если только из-за моего сходства с мамой, — слабо возразила я, уже сама не веря своим словам.
Это просто был предлог, повод, чтобы не согласиться.
— Мы это обсуждали, милая. Ты не похожа на Ариенн.
— Хорошо. Но Мейнор заключил этот союз лишь из-за одной очень важной вещи… получит её и все закончится.
— Именно поэтому вы не были близки? — вдруг спросила демонесса, пристально меня разглядывая.
Я сразу поняла, о чем она говорила и еще сильнее смутилась.
— Я… мы…
— Не спали вместе, — подсказала Мэлоэ-аин.
— Спали, — тут же парировала я.
Мы спали вместе, делили одну кровать на двоих. И только.
— Только спали.
— Не думаю, что это та тема для разговора, которую я бы хотела обсуждать с вами.
«Пресветлая, как же стыдно о таком говорить!»
— Повторяю еще раз, Николетта, не важно, что стало причиной вашего брака. Вы любите друг друга. Это дар, которым не стоит разбрасываться.
— И что дальше? — раздраженно фыркнула я, скрестив руки на груди. — Мне стоит все забыть и поверить ему? Будто ничего и не было? Этого вы хотите? Для этого сюда пришли? Думаете, что я поверю в его любовь и прощу.
Теперь пришла очередь свекрови фыркать.
— Вот еще.
