И судей понять можно — они люди незащищенные, у них ребята малые по лавкам. Не хочу каркать, но такой, как Коноплев, получает, как правило, за незаконное ношение газового оружия. Вам эти «юридические» тонкости не знакомы?.. Вот и прикидываешь, стоит ли людей класть на его задержание.
Я понимал: Иевлеву здесь жить. А начальника угро в его лице я не понимал. Шел бы себе в ОВИР.
Сошлись на двенадцати: четверых «региналов» беру я, четверых оперов — Кифа, и четверо — на прикрытие. Из оружия взяли «АГ-043» и «АКСы». На каждом — лифчики «Армор», рации — в машинах, за неимением «кенвудов».
Иевлев и Демин выделили по джипу, я «синей птице» изменять не стал.
Подготовка была неоправданно долгой, обрастала ненужными деталями и людьми, мне все это начинало не нравиться. Демин вызвал на связь экипажи ГНР и стационарные посты ГАИ.
Во дворе мне повстречался Ваня Ордынский.
— Владимира Николаевича не встречали, товарищ майор?
— Час тому в сизо. А что?
— Да нет его там, и домой не приходил.
— Ищите, старший лейтенант (последнее звание, в которое «произвел» его Сумароков).
Что-то мне резануло глаз… а, да — в комнате оперативного дежурного торчал Гавриленко. Надо будет поинтересоваться у Коноплева, как он оказался в его блокноте…
Я решил начать с офиса «Зодиака». По включенной рации слышал команды ДПС перекрыть выезды и задержать красную «девятку» Коноплева. Последнее мне хотелось сделать самому, я боялся, что, если ее доставят в ГУВД, блокнот и «кенвуд» испарятся.
Под офис «Зодиак» арендовал у мореходки старый учкор пус с куском прилегающего плаца.
Мы подъехали на малой скорости, чтобы не будоражить раньше времени охрану.
— Где Коноплев? — спросил я у скучавшего в холле «качка» с кистевым эспандером.
— Не знаю.
Я дернул ручку двери коноплевского кабинета — заперто.
— Э-э! — прикрикнул охранник.
— Не «экай». Хорошо, если родишь, а то — усерешься, — отстранил его рослый лейтенант с округлым мальчишечьим лицом. Не вдаваясь в тонкости, он высадил замок ударом ноги.
Ребят мне Демин дал знающих: через минуту весь офис (а в нем и было-то всего шесть комнат, оружейка и тренажерный зал) «распечатали» и обыскали; пятерых охранников — весьма бесцеремонно для первого знакомства и при недоказанности вины — собрали в холле.
— Где Коноплев? — повторил я вопрос, адресуя его всем.
— Может, дома, а может, на объекты уехал, — заговорил наименее напуганный.
— Когда он отсюда убыл?
— Часов в одиннадцать.
— В каком направлении? Этого никто не знал.
— Один уехал?
— Один.
