Этот запах… Этот запах словно принимает ее форму, я пытаюсь коснуться призрачного шлейфа, а в голове, как на гребаной киноленте, сменяются кадры, на которых она сама целует меня. Двигается на мне. Прижимается ко мне. Тесно так… пиздец. Будто и не было между нами этой пропасти в два года.
И вроде бы мне должно стать легче оттого, что Алиса признала свою роль в наших отношениях и сама захотела близости, не без моей помощи, конечно, но все же она проявила инициативу, ерзая на моих бедрах как дрянная девчонка.
Только какого-то хрена мне не легче. Напряжение между нами возросло еще на десяток делений, и я ни хера не знаю, когда случится разрядка и будем ли мы оба к этому готовы.
Я судорожно сглатываю и, достав из пачки сигарету, закуриваю. С жадностью забиваю горечью горло и выдыхаю струю дыма. Надо расслабиться. Я что-то пиздец как накрутил себя.
Шевелю головой из стороны в сторону, привожу себя в чувство и делаю еще одну затяжку.
Заебись все будет.
Достаю телефон и собираюсь написать Алисе, но, в последний момент передумав, звоню. Гудки длятся бесконечно, и я вновь тяну в себя дым. Выпускаю его через нос. Черт. Какого хрена я творю? Я же буду весь прокуренный, это, наверное, плохо для ребенка.
Сглатываю терпкий привкус, открываю окно и, сбив тлеющий кончик сигареты пальцами, убираю хабарик под крышку пачки.
Алиса не отвечает, и звонок обрывается противными короткими гудками.
Бросаю телефон на приборную панель.
Может, динамит меня специально?
Провожу пальцами по губам и невольно морщусь от резкого запаха табака. Нет, к черту. Алиса точно выскажет мне, если этими руками я возьму мелкого. Хотя, судя по всему, пока она спустится, я успею выкурить блок сигарет и проветриться.
Телефон вспыхивает от вибрации. Тянусь за ним, и сердце начинает биться чаще, когда вижу на экране: «Моя Ведьма».
Принимаю звонок и ставлю на громкую:
— Ты звонил? Извини, я не слышала.
Ее голос сбивчивый, будто она бежала кросс и наконец остановилась. Мне не нравится это.
— Хотел спросить: не нужна ли помощь?
— Эм-м… — Алиса шумно выдыхает. — Ну я даже не знаю… вообще-то, я бы не отказалась, потому что у меня ничего не выходит, — тараторит она. — Кирилл дернул занавеску в комнате бабы Люси и сорвал ее вместе с карнизом.
Я ни разу не удивлен. Там все на соплях держится.
