Жестокий бог

Его голова бессильно повисла, как приспущенный флаг.

– Она поделилась этим с Поппи? – вздохнул он.

Я покачал головой. У Лен не хватило сил расстроить старшую сестру. Когда ты заботишься о ком-то – а в этот момент не было смысла отрицать, что я заботился о Леноре, – ты действительно не хочешь сообщать этому человеку плохие новости.

– Слава богу.

– Не благодари Бога, благодари свою дочь. Ты должен загладить свою вину перед ней. – Я предостерегающе ткнул в него пальцем с другого конца комнаты.

– Я не знаю, Вон. Воспитание детей – это чертовски тяжело, понимаешь?

Эдгар вытер пот со лба, прижимаясь своей широкой спиной к стене, и присел на корточки.

Я сделал то же самое, присев напротив него, с другой стороны комнаты.

– Правда в том, что дети не приходят с инструкцией. Я не всегда понимаю, когда она капризничает, потому что ей нужно выплеснуть эмоции, а когда ведет себя серьезно. Ленора всегда была хорошим ребенком. Обе мои дочери действительно такие. Но у Ленни масса здравого смысла и огромная выдержка.

Поэтому я никогда не беспокоился за нее. Я думал, что причина ее бунта заключается в стажировке.

Стажировка. Я едва не поморщился. Это было на моей совести.

– Тебе нужно поговорить с ней сегодня начистоту. Расставить все по своим местам. Расскажи ей, в чем дело.

Он кивнул.

– Что касается стажировки… – продолжил я, слова сами собой слетали с языка. – План изменился. Мне нужна твоя помощь кое в чем.

Эдгар нахмурился.

– Ты все еще собираешься показать скульптуру, верно?"

"Конечно. Эдгар так сильно любил Лен.

Вот чего она не знала. Она думала, что то, что он дал мне стажировку, говорило о его пренебрежительном отношении к ней. Она не знала, что он принес ради нее величайшую жертву. Это я обманул их. По крайней мере, сначала.

Я сказал Эдгару, что заставлю его дочь влюбиться в меня и избавлю ее от эмоциональной травмы. Что я буду ухаживать за ней, любить ее, заботиться о ней и стану ей настоящим другом. Он, в свою очередь, продал ее мечты о стажировке, чтобы купить ее счастье.

Со мной.

Мы оба солгали, чтобы получить то, что хотели, и это взорвалось у нас перед носом, как бомба замедленного действия.

– Я не буду показывать свою статую. – Я щелкнул своей «Зиппо», позволяя пламени скользнуть вверх, а затем затушил его кончиком языка. Секрет тушения огня языком – это много слюны. И очень мало долбаного здравого смысла. – Но мы обязательно покажем им кое-что интересное.

* * *Моя встреча с Эдгаром каким-то образом затянулась до позднего вечера.