Жестокий роман

Всего секунда — и я снова оказываюсь насаженной на член.

Теперь уже больно. Я почти сухая. А он все такой же огромный.

— Наклонись, — говорит Марат.

Я сверху. Он снизу. Но это едва ли хоть что-то меняет в расстановке сил на поле нашего боя.

Послушно подаюсь вперед. Мою грудь тут же сжимают сильные пальцы. Обводят, поглаживают. Крутят соски, заставляя взвизгнуть. Заключают в хватку точно в бюстгальтер.

— Красивая ты, — бросает монстр.

Ему явно нравится контраст нашей кожи. Светлой и смуглой. Нравится, как тьма поглощает меня.

Ощущаю, как лоно предательски увлажняется. Глухо постанываю. Смежаю веки. Скрыться бы. Сбежать.

Однако не суждено.

— Я хочу видеть твои глаза.

Покорно погружаюсь в пылающий мрак.

Марат начинает трахать меня. Опять. Просто крепко держит мои бедра. И долбит. Как здоровенным железным молотом. Вынуждая подскакивать. Засаживает до матки.

— Почему сняла подвязку? — спрашивает сквозь рычание.

— Захотела, — выдаю судорожно.

Он заваливает меня на спину, подминает под себя и берет так, что даже с широко открытыми глазами не вижу абсолютно ничего.

Глава 15

Надежда умирает последней. А может, стоит убить ее первой? Пока под сердцем тлеет наивная вера в лучшее, едва ли есть возможность оценить реальность трезво.

Я прихожу в себя на смятых простынях. Чуть не глохну от собственного глубокого и громкого вдоха. В голове царит абсолютная пустота. Перед глазами расплываются контуры мира, что окружает меня. Не удается ничего выхватить четко.

Знакомые вопросы терзают расколотое на части сознание.

Приподнимаюсь на локтях. Разум содрогается от пугающего чувства дежавю. Яркие кадры ослепляют. Порочные образы пробуждают мелкую дрожь под взмокшей кожей. Аромат греха пропитывает пространство.

Вдруг просто приснилось? Почудилось? Как тогда, накануне свадьбы. Вдруг всего лишь пригрезилось? Сейчас я вернусь обратно, в привычную жизнь, в свое нормальное рутинное существование.

Крупная ладонь опускается на грудь. Тяжело. Властно.

Горящие черные глаза как раскаленные угли в адском костре. Полные уста кривятся в оскале, достойном самого хозяина преисподней.

— Марат, — выдаю рефлекторно, еле сдерживаю жалобный всхлип.

— А кого ты ожидала увидеть? — лениво поглаживает мой живот. — Своего муженька? Думаешь, придет и спасет тебя?

Молчу. Разглядываю его безупречное тело. Прямо и нагло. Как он мое, вполне заурядное и обычное.