Жестокий роман

— Ты… удовлетворен? — облизываю губы, наблюдая, как вновь твердеет и наливается кровью здоровенный орган.

Марат срывает с моего тела остатки свадебного наряда. Белье. Не трогает лишь злополучную кружевную подвязку. После забрасывает меня на плечи. Одна рука обхватывает оба запястья, другая сжимает лодыжки.

Я судорожно дышу. Не вырываюсь. Не шевелюсь.

Он поднимается по лестнице, проходит по коридору, толкает дверь ногой, заходит в темную комнату.

Перед глазами мутнеет и плывет, ничего не удается толком разглядеть.

Еще одна дверь. Толчок. Ванная комната.

Марат заталкивает меня в просторную душевую кабину и проходит следом, включает воду, встает под мощные струи.

Я вжимаюсь спиной в стеклянную стенку. Молча слежу за тем, как он намыливает свое идеально вылепленное тело. Будто скульптура. Ожившая статуя из чистого металла. И пусть не обманывает эта гладкая смуглая кожа. Под ней протекает сталь. Раскаленная.

Когда он поворачивается, замечаю багровые отметины на мускулистых ягодицах.

Точно. Когда он брал меня на столе, я очень сильно сжимала крепкие бедра. Вот и пустила немного крови.

Невольно усмехаюсь. Похоже, у меня тоже получилось его пометить. Хотя бы так. Пусть мелочь. Уже достижение.

А на спине ничего не осталось? На плечах? Клубы пара мешают разглядеть. Вижу исключительно смутные очертания татуировки. Что-то мрачное, жуткое, темное.

— Почему застыла? — резко спрашивает Марат.

— Ты не дал никакого приказа, — отвечаю тихо.

— Играешь в покорную? — хмыкает.

— Принимаю твои правила.

Бросает мне мочалку. Помедлив пару мгновений, начинаю омовение. Использую его гель для душа. Вариантов много. Выбираю один наугад. Ментол. Мята. Безумно приятный аромат.

Это чертовски странно. Купаться с ним. Еще и его гелем для душа. Чувствовать его запах повсюду. Чувствовать его самого. Везде. Внутри. Глубоко.

Встаю под струи воды, рядом с ним, смываю пену. Закрываю глаза. Пробую расслабиться, хотя ноги мелко дрожат и колени подгибаются.

Треск фольги. Оборачиваюсь. Замечаю, как мой тюремщик натягивает презерватив, привычным жестом раскатывает резину по толстому стволу.

Миг — перехватывает дыхание.

Даже вскрикнуть не успеваю.

Марат подхватывает меня под ягодицы и насаживает на возбужденный член. Легко. Как игрушку. Поднимает и двигает, натягивает на твердый орган. Без видимых усилий.

— Опять? — пораженно выдаю я.

— А что не так? — ухмыляется.