Жестокий роман (СИ)

Платье обтягивает тело как перчатка. Сидит точно влитое, покрывает фигуру второй кожей. Размер подходит идеально. Алый цвет. Все контуры подчеркнуты. Все изгибы выделены. Еще и соски проступают сквозь ткань.

Я как красная тряпка для быка.

Или кобыла. Дорогая. Породистая.

Бросаю взгляд на Марата и к земле примерзаю. Сейчас точно все с меня сорвет. И наплевать ему на потраченные деньги.

Глаза горят. Ноздри раздуваются. Огромный бугор натягивает штаны.

Этот самец заведен до предела.

— На место, — приказывает холодно.

Покорно возвращаюсь. Он усаживается на капот и усаживает меня на колени. Прямо на вздыбленный орган. Вжимает в бедра. Грубо, не ведая стеснения.

— Хотел сразу подарочек вручить, — горячее дыхание опаляет голое плечо. — Да братец отвлек.

— Отвлек? — сглатываю.

— Пришлось свою собственность защищать, — выразительно поглаживает талию, сдавливает бедра. — Задержись я хоть на минуту, он бы тебя уже на хер насадил.

— Нет! — восклицаю гневно. — Никогда.

— Что бы ты сделала против здорового мужика? — интересуется насмешливо.

— Я бы ему глотку перегрызла, — заявляю с яростью. — Я бы лучше сдохла, чем под него легла.

— Какая боевая, — хмыкает. — Чего ж мне не перегрызла?

— Ты, — осекаюсь, закусываю губу, наконец, выдаю: — Ты не он.

— Верно, — резко накрывает грудь крупными ладонями, сминает до боли. — Он бы тебя быстро убил. Как отец Стрелецкую. Милостиво.

Задыхаюсь. Ощущение, точно он до моего сердца добирается. В момент. Грудную клетку вскрывает, ребра проламывает.

"— А я буду трахать долго, — впивается губами в горло, втягивает кожу в рот, помечает, оставляя клеймо. — Я превращу тебя в первоклассную шлюху. Научу всему, что мне приходится по вкусу. Глотку твою на славу разработаю. И тугую жопу.

Молчу. Даже не пробую вырваться.

— Будешь тенью за мной ходить, — обещает ледяным тоном. — Сопровождать в поездках, отсасывать под столом во время особо скучных совещаний.

Давлюсь коварно подступившими слезами. Запрещаю себе рыдать. Отказываюсь дать волю слабости.

— Что бы твой отец сказал? — толкается бедрами вперед, позволяет прочувствовать всю силу и мощь возбуждения. — Если бы узнал, кто ебет его дочь и как. Если бы увидел голую и растраханную. В моем семени.

Ублюдок. Ненавижу. Гад. Сволочь. Урод.

Но… черт, он все-таки не трахает меня здесь.