Причем настолько сильно, что, казалось, если он немедленно этого не сделает, свихнется.
Он считал, что поставит на ней пару меток и таким образом утолит потребность своего тела, после чего вернется в нормальное состояние и больше никогда не будет думать про Элис с такой стороны. В обмен на эти пару меток он собирался неделю поиграть роль ее парня. Даже пару раз поцеловать и подержать за руку. Это же делают идиотские влюбленные парочки?
После этой недели он намеревался отшить ее таким образом, чтобы Элис раз и навсегда перестала видеть в нем парня.
Игра даже не была особо жестокой. Больше полезной.
Но с самых первых ее мгновений что-то пошло не так.
Глава 10 Альфа (7)
То, что между ними все пошло не по изначальному плану, стало ясно практически сразу.
Еще в тот момент, когда Брендон произнес слова: «Давай встречаться»."
"Желание игры было слишком внезапным. Время для расставления приоритетов не было. Его не имелось так же для того, чтобы понять то, что будет дальше. А изначально, казалось бы ничего не значащие слова о предложении отношений, таковыми в итоге не оказались.
Дилан никогда не был заинтересован в длительной связи с омегами. К многим из них он терял интерес еще до того, как раздвигал им ноги. После секса они для него вовсе становились пустым местом. Все. Без исключения. Когда же эти омеги начинали навязываться и просить стать их парнем, подобное начинало раздражать.
Отношения он считал полным идиотизмом и, когда предлагал их Элис, изначально считал, что заодно может с иронией посмеяться над собой.
Его ведь никогда и ничто не могло заставить вступить в подобную связь. Более того, никакая игра этого не стоила. Поэтому повода для иронии и издевок над самим собой было более чем достаточно. Как и желания, чтобы Элис отказалась, а альфа, не желая тратить время на эту гребанную игру, пошел бы заниматься тем, что для него было привычно и нормально. Например, развлекаться с омегами.
Вот только, озвучивая эти слова, Брендон внезапно понял, что смеяться ему совершенно не хочется.
В голове что-то щелкнуло и затрещало, а тело наполнилось тем напряжением, которое было подобно цепям, покрытым острыми шипами. Такое впечатление, что они всегда были на нем. Неминуемо впивались в кожу и год за годом пронзали насквозь, разрывая плоть и душу. Изувечивая. Превращая жизнь в одну сплошную пытку с чем он свыкся и не замечал.
Но именно в это мгновение цепи рвались и зверь впервые расхаживал довольный.
