Жираф – гроза пингвинов

– Наконец-то я прекрасно вижу!

– Отличная новость, – с самым серьезным видом заметил Вова, – слушаем вас.

– Арникова Полина Сергеевна умерла в начале девяностых, – сообщил юноша, – совсем маленькой, едва ей восемь лет исполнилось.

– Так, – протянул Костин.

– Времени на поиски у меня было немного, пока я раздобыл лишь поверхностные сведения, – смутился юноша, – непременно их дополню. Мать – проводница в поездах дальнего следования. Отец – носильщик на вокзале. Наверное, у ее родителей не было особых средств.

– Ошибочное мнение, – возразил Константин Львович, – в ваших источниках, случайно, не указано, по каким направлениям ездила мамаша Полины?

– Она работала на Казанском вокзале, – уточнил компьютерщик.

– Крым, Новороссийск, Урал, Средняя Азия и, конечно, Казань, – перечислил психолог. – Определенно, я что-то забыл, но хватит и того, что помню. В поезде дальнего следования непременно есть вагон-ресторан, а в нем холодильники. Весной из Крыма в Москву доставляли ранние овощи, кое-какие фрукты и дорого продавали своим покупателям.

Самолетом довезти было быстрее, но договориться о провозе в лайнере трудно. Урал – это нелегально добытые самоцветы, а еще завод, который производил оружие. Средняя Азия просто Клондайк для торговцев наркотиками. Я вспомнил крохотную часть нелегального бизнеса, которым всегда занимались проводники.

– Чай с содой! – воскликнула я. – Моя мама панически боялась летать, мы ездили с ней в Коктебель на поезде.

Мамуля всегда просила не чай, а пустые стаканы. Заварку она брала с собой, потому что проводники насыпали в чайник чуть-чуть листа, добавляли соду, и получался роскошный темно-коричневый, якобы крепкий напиток.

– Еще белье, его могли не отдавать в стирку, просто погладить, выдать пассажирам, а деньги за пользование им положить себе в карман. Но эти ухищрения – мелочовка. Кое-кто из сотрудников железной дороги делал миллионы на наркотиках, оружии, самоцветах.

Тихая проводница брала в Казахстане у хмурого мужика матрас, самый простой, стеганый, ватный. Сомневаюсь, что их сейчас выпускают, а в советское время других не было. Проводница стелила его в служебном купе на свою полку, закрывала бельем, одеялом и ехала в Москву. Таможни на границе между союзными республиками не было. Милиция в поезд входила только по вызову начальника состава, ну, например, снять с поездки пьяницу-дебошира.